Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа земли; Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
судья ФИО1
Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:
Председательствующего судьи: Хомич С.В.,
Судей: Сеник Ж.Ю., Михайлова Г.В.,
при секретаре: ФИО2,
заслушав в судебном заседании по докладу судьи Сеник Ж.Ю. дело по кассационным жалобам Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3 на решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ,
установила:
ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО7, М., КУИ администрации, третье лицо - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, признании недействительными зарегистрированных прав на земельный участок, в обоснование которого указала, что ей на основании решения Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, оставленного без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, на праве собственности принадлежат нежилые строения, расположенные по адресу N. С иском о признании права собственности на спорное имущество ФИО4 обращалась к ФИО5, ФИО5 В ходе рассмотрения данного спора определением суда на спорное имущество - нежилые строения, был наложен арест.
Вместе с тем, ответчик ФИО6, зная об иске ФИО4, совершил сделку купли-продажи недвижимого имущества: названных нежилых строений и земельного участка, на котором они расположены и продал его ФИО7, при этом указал стоимость имущества значительно ниже реальной его стоимости. По утверждению истца, ответчики знали и не могли не знать реальной стоимости имущества, поскольку являются членами одной семьи. До подачи иска о признании права собственности на строения ФИО4 неоднократно пыталась решить вопрос о передаче ей имущества во внесудебном порядке, соответственно сторонам по сделке было известно о праве ФИО4 Истец полагает, что ответчиками совершена недействительная сделка, которая нарушает ее права как собственника спорного имущества, поскольку обе стороны по оспариваемому договору купли-продажи знали о наличии права ФИО4 на спорное имущество, и, следовательно, заключили данный договор купли-продажи с намерением отчуждения спорного имущества; таким образом, данная сделка не влечет никаких юридических последствий; регистрация права собственности за ФИО7 не произведена, по тем основаниям, что в суде имелся спор о праве на строения. Впоследствии ФИО7 продал ФИО8 земельный участок, расположенный по адресу N. Истец полагала и данную сделку недействительной.
ФИО8 обратился в суд со встречным иском к ФИО4, ФИО6, ФИО7, третье лицо - Шахтинский отдел Главного управления Федеральной регистрационной службы по РО о признании добросовестным приобретателем земельного участка, в обоснование которого указал, что является собственником земельного участка, расположенного по адресу N. Указанный земельный участок ФИО8 приобрел в установленном законом порядке, по возмездной сделке - договору купли-продажи, заключенному ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7, право собственности на земельный участок за ФИО8 зарегистрировано в ЕГРП. За приобретенное по договору имущество истец уплатил ФИО7 300 000 руб. по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а также сумму в размере 1 500 000 руб. в счет стоимости (аванса) земельного участка, согласно расписки от ДД.ММ.ГГГГ Из изложенного ФИО8 делает вывод, что обязательства по сделке им были исполнены полностью, и он стал собственником спорного имущества в силу ст. 223 ГК РФ. С требованиями ФИО4 ФИО8 не согласен, поскольку полагает себя добросовестным приобретателем спорного имущества и его законным собственником.
Решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО4 было отказано, встречный иск ФИО8 удовлетворен в полном объеме, последний был признан добросовестным приобретателем земельного участка, кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, расположенного по адресу N по договору купли-продажи земельного участка (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО7 и ФИО8
Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ было отменено и дело возвращено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела истцы по первоначальному и по встречному искам требований не уточняли.
В отношении ФИО4 дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Представитель ФИО4 по доверенности ФИО9 требования иска своего доверителя поддержала в полном объеме, в удовлетворении встречных требований ФИО8 просила суд отказать.
В отношении ответчика ФИО6 дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ. Ранее письменно ФИО6 просил рассмотреть гражданское дело по встречному иску ФИО8 в его отсутствие; исковые требования ФИО8 признал, в удовлетворении исковых требований ФИО4 просил отказать.
В отношении ФИО7 дело также было рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ, в письменном отзыве на иск ФИО4 он указывал на то, что требования не признает.
Представитель ФИО6, ФИО7, ФИО8 по доверенностям ФИО3 в суде первой инстанции в удовлетворении требований ФИО4 просила отказать в полном объеме, иск ФИО8 поддержала, полагала его подлежащим удовлетворению.
В отношении КУИ Администрации дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ. В направленном в суд письменном отзыве комитет исковые требования ФИО4 не признал, иск ФИО8 полагал подлежащим удовлетворению.
В отношении Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, в удовлетворении встречного иска ФИО8 отказано.
Суд признал недействительными:
договор купли-продажи земельного участка кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенного по адресу N (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ N <...>, заключенный между КУИ администрации и ФИО6
договор купли-продажи этого же земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 и ФИО7 Применив последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
договор купли-продажи этого же земельного участка (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО8 Применив последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Судом погашена регистрационная запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности ФИО8 на указанный земельный участок с кадастровым номером обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N, внесенную ДД.ММ.ГГГГ номер регистрации обезличен.
В удовлетворении требований ФИО4 к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по об аннулировании записи о праве собственности на земельный участок в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ФИО6 и ФИО7 суд отказал.
Не согласившись с постановленным решением суда, представитель ФИО8, ФИО6 и ФИО7 по доверенностям ФИО3 подала кассационную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения суда, считая его незаконным и необоснованным.
При этом, в суде кассационной инстанции ФИО3 пояснила и настаивала на том, что жалоба ею подана от имени ФИО8, а остальные ее доверители жалобу поддерживают, что внесено в протокол судебного заседания.
По мнению кассатора, суд постановил незаконное решение, поскольку не учел того обстоятельства, что на момент передачи спорного земельного участка в собственность ФИО6 - 2007 год, он являлся собственником строений, расположенных на территории данного земельного участка, его право собственности было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Право собственности ФИО6 не было оспорено в судебном порядке, нежилые строения в этот период арестом обременены не были. ФИО4 стала собственником строений лишь ДД.ММ.ГГГГ после регистрации ее права собственности в установленном законом порядке. По мнению кассатора именно ФИО6 принадлежало исключительное право приватизации земельного участка как собственнику строении. На момент обращения по вопросу регистрации договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ между КУИ и ФИО6 ни запретов, ни арестов на данный земельный участок, в том числе и строения, наложены не были, земельный участок был продан КУИ ФИО6 под принадлежащими ему строениями, что соответствует положениям ст. 36 ЗК РФ. Право собственности на земельный участок было зарегистрировано за ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ.
Кассатор ссылается на то, что несмотря на имеющуюся расписку от сентября 2005 г. и судебное решение от ДД.ММ.ГГГГ, которым за ФИО4 признано право собственности на строения, факта передачи проданного имущества от ФИО6 к ФИО4 по договору от сентября 2005 г. на момент заключения КУИ с ответчиком договора купли-продажи спорного участка в 2007 г., не было, а ремонт строений, расположенных на спорном участке, приобретенных ФИО4 в 2005 г., по утверждению кассатора, она произвела лишь 2009 году, техническая инвентаризация проводилась также в 2009 г., и покупка строений, расположенных на спорном земельном участке в 2005 г., по мнению кассатора, не означает, что истица их приняла в свое владение.
Кассатор указывает, что решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым был признан действительным договор купли-продажи строений от сентября 2005 г., заключенный между ФИО4 и ФИО6, имело значение для дальнейшей регистрации права собственности ФИО6 на строения и для последующего после регистрации формирования правоотношений ФИО4 как собственника с иными 3-ми лицами, но никак не влияло на переход права собственности на земельный участок к ФИО10 на основании договора с КУИ администрации, тем более что указанная сделка была совершена ФИО6 до регистрации права собственности ФИО4 на нежилые строения.
По мнению кассатора, суд не указал, в чем выражались притязания ФИО4, имели ли они вообще место быть на момент заключения оспариваемого договора, если решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признана действительной сделка купли-продажи нежилых строений и за ФИО4, признано право собственности на данные строения, земельный участок предметом судебного разбирательства не являлся, несмотря на то, что в материалах дела имелись сведения о принадлежности ФИО6 земельного участка на котором расположены строения, что, по мнению кассатора, подтверждает то, что истице было известно о принадлежности участка ФИО6
Кассатор указал, что сделка купли-продажи недвижимого имущества, в том числе земельного участка между ФИО6 и ФИО7 была совершена ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании права собственности на нежилые строения ДД.ММ.ГГГГ, поэтому ни ФИО6, ни ФИО7, не привлеченный к участию в деле, не знали о находящемся в производстве суда иске ФИО11.
На основании определения Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ действительно был наложен арест на объекты недвижимости, которые явились предметом судебного спора по иску ФИО4 к ФИО6, ФИО5 однако земельный участок при этом предметом спора не являлся.
Кассатор указывает, что ФИО7 являлся собственником спорного земельного участка, собственником объектов недвижимости, которые на нем располагались, он не являлся. ФИО8 оплатил обусловленную сторонами договора сумму за земельный участок, проявил осмотрительность и добросовестность, удостоверился в законности владения земельным участком ФИО7, ФИО8 не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом.
Кассатор указывает, что истица, считающая себя собственником спорного участка, владеющая им с 2005 г., таковой никогда не являлась, прежними собственниками спорный участок ей не передавался в порядке приватизации, а также не приобретался ею по возмездной либо безвозмездной сделке, то есть она не обладает зарегистрированным правом, вопрос о праве собственности на такое имущество может быть разрешен только при рассмотрении виндикационного иска с соблюдением правил, предусмотренных ст. 223 и 302 ГК РФ. Однако такого иска ФИО4 к ФИО8 не заявлено. При рассмотрении дела не было установлено, что спорный участок, приобретенный ФИО8, был утерян его собственником или лицом, которому было передано данное имущество собственником во владение, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. ФИО8 является добросовестным приобретателем спорного земельного участка. Кассатор не согласен с выводами суда о недопустимости применения срока исковой давности к данным правоотношениям.
Кассатор указывает, что в материалах дела отсутствуют уведомления об извещении ФИО8, ФИО7, ФИО12 о слушании дела ДД.ММ.ГГГГ, что является нарушением ст. 364 ГПК РФ.
Также с решением суда от ДД.ММ.ГГГГ не согласился Комитет по управлению имуществом администрации, считая его незаконным и необоснованным. Основанием несогласия с постановленным решением кассатор указывает то, что ФИО6 на момент обращения в КУИ по вопросу приобретения в собственность земельного участка был зарегистрирован собственником строений, находящихся на данном земельном участке.
ФИО6 были предоставлены все необходимые документы для приобретения указанного земельного участка в собственность, следовательно, администрация не имела оснований для отказа ему в предоставлении в собственность земельного участка, находящегося по адресу: <...>, в районе бывшей шахты N <...> общей площадью 11343,70 кв. м.
Не основанной на законе кассатор считает и ссылку суда на то, что поскольку не зарегистрировано право муниципальной собственности на спорный земельный участок, администрация не имела права им распоряжаться, так как отсутствие государственной регистрации права собственности на земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, не является препятствием для осуществления распоряжения ими.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов кассационных жалоб, заслушав в судебном заседании представителя ФИО6,, ФИО8, ФИО7 по доверенностям ФИО3, представителя КУИ ФИО13, представителя ФИО4 по доверенности ФИО9 судебная коллегия полагает обжалуемое решение не подлежащим отмене по следующим основаниям:
Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 168, ч. 2 ст. 209, 302, п. 1 ст. 552 ГК РФ, ч. 3 и ч. 4 ст. 35, п. 1 ст. 36 ЗК РФ и исходил из установленных им в ходе рассмотрения дела обстоятельств, а также обстоятельств, установленных судебными постановлениями, вступившими в законную силу.
Суд установил, что решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, после его кассационного обжалования, был признан действительным договор купли-продажи нежилых строений: расположенных по адресу N, заключенный в сентябре 2005 года между ФИО4 и ФИО6, за ФИО4 было признано право собственности на указанные строения.
Как правильно указал суд первой инстанции, названным решением суда установлено, что с момента заключения договора купли-продажи, то есть с сентября 2005 года, ФИО4 открыто, на законных основаниях владеет объектами недвижимости, расположенными на земельном участке, произвела ремонт имущества, являлась его титульным собственником. Названное обстоятельство, в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ является преюдициальным для рассматриваемого спора и не доказывается вновь.
С данным выводом суда, имеющим правовое значение в рассматриваемом споре судебная коллегия согласна, в связи с чем доводы кассаторов относительно отсутствия регистрации права собственности ФИО4 на строения, расположенные на спорном земельном участке на момент приобретения ФИО6 права собственности на земельный участок - 2007 год, а также о том, что владение и пользование приобретенным имуществом ФИО4 стала осуществлять только в 2009 году, судебная коллегия полагает опровергнутыми указанным выводом суда.
Делая вывод о том, что оспариваемые сделки по распоряжению спорным земельным участком на котором расположены строения, принадлежащие ФИО4 заключены с нарушением требований закона, суд первой инстанции сослался на ст. ст. 1, 35 Земельного кодекса РФ и ст. 552 ГК РФ, а также основополагающий принцип земельного законодательства - единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов недвижимости.
Так, в силу п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Согласно ст. 552 ч. 1 ГК РФ по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.
Следовательно, продав ФИО4 строения, расположенные на земельном участке, который использовался для их эксплуатации, а это - спорный земельный участок находящегося по адресу N общей площадью 11343,70 кв. м, продавец передал ей, а ФИО4 приобрела право использования указанного участка на тех же условиях и в том же объеме, как и предыдущий собственник.
Учитывая приведенные выше обстоятельства, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что в декабре 2007 г. ФИО6, не будучи собственником строений, расположенных по адресу N на земельном участке, не мог обращаться в КУИ с заявлением о приватизации данного земельного участка, поскольку строениями и правом использования земельного участка находящихся по адресу: N общей площадью 11343,70 кв. м \\которым он и пользовался ранее\\ он распорядился в пользу ФИО4
Суд сделал обоснованный вывод о том, что ФИО6 ввел в заблуждение работников КУИ, так как, если бы работники КУИ знали о том, что ФИО6 продал строения, расположенный на земельном участке, который он намеревался приобретать в собственность, деньги по сделке получил, а следовательно не является собственником строений, то ФИО6 было бы отказано в признании за ним права на земельный участок по ч. 3 и ч. 4 ст. 35 ЗК РФ. Будучи не собственником строений ФИО6 уже не мог в силу прямого указания закона приобрести в собственность земельный участок.
То обстоятельство, что ФИО6 и ФИО14, как установлено решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, уклонялись от регистрации сделки купли-продажи строений ФИО4 в установленном законом порядке, не свидетельствует о том, что ФИО4 не стала титульным собственником строений, заключив сделку купли-продажи и уплатив цену приобретенного имущества, а также получив данное имущество от ФИО5 непосредственно после заключения сделки, открыто владея и пользуясь им, производя его улучшение.
В соответствии с п. 1 ст. 36 ЗК РФ граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с настоящим Кодексом.
ФИО6 же взяв деньги с покупателя с момента заключения договора купли-продажи знал, что он распорядился строениями, расположенными на спорном земельном участке, знал о наличии права на строения у ФИО4, соответственно, как правильно указал суд, обратившись по вопросу приватизации земельного участка на котором расположены проданные строения в КУИ действовал неправомерно и ввел в заблуждение работников комитета, не сообщив им об этом.
Кроме того, суд указал, что согласно договору купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ N <...>, заключенному КУИ с ФИО6, последним был приобретен спорный земельный участок общей площадью 11343,70 кв. м с функциональным использованием - под комплекс животноводческих помещений, на что прямо указано в договоре от ДД.ММ.ГГГГ \\т. 1 л.д. 50\\, тогда как вступившим в законную силу судебным постановлением установлено, что с сентября 2005 г. ФИО6 не являлся уже титульным собственником объектов недвижимости - указанного комплекса помещений, сельскохозяйственного назначения, соответственно, использовать земельный участок в соответствии с его функциональным назначением не мог.
При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда о признании недействительным \\ничтожным\\ договора от ДД.ММ.ГГГГ N <...> купли-продажи земельного участка кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенного по адресу N, заключенного между КУИ администрации и ФИО6, по тому основанию, что данный договор не соответствует требованиям закона, а именно, нормам ЗК РФ, поскольку, как правильно указал суд первой инстанции, законом императивно предусмотрены требования о недопустимости заключения договоров по отчуждению земельного участка не собственникам находящихся на нем здания, строения, сооружения, указанная спорная сделка является ничтожной.
В связи с изложенным доводы кассаторов относительно наличия у ФИО6 права собственности на строения, правомерности передачи ему в собственность земельного участка, необходимого для эксплуатации строений, судебная коллегия полагает ошибочными, противоречащими принципам права, основанными на ошибочном понимании обстоятельств дела.
Недействительными являются и последующие сделки купли-продажи спорного земельного участка.
Делая вывод о недействительности договора купли-продажи спорного земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6 и ФИО7 и возвращая стороны в первоначальное положение, суд, учитывал установленный решением суда от ДД.ММ.ГГГГ факт владения и пользования ФИО4 с сентября 2005 года объектами недвижимого имущества, расположенными на территории спорного земельного участка; а также то, что на момент составления договора купли-продажи земельного участка ДД.ММ.ГГГГ на указанный земельный участок и строения расположенные на нем имелись притязания ФИО4, признанные решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, после кассационного обжалования.
Более того, как видно из материалов дела, в частности пояснений представителя Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО, и установлено судом, ФИО7 после его обращения за регистрацией права собственности по договору, письменно было сообщено о наличии спора на строения \\арест в деле по иску ФИО4 к К.\\, вследствие чего регистрация права собственности на строения, расположенные по адресу N указанные в договоре купли-продажи, за ФИО7 произведена не была. Регистрация права собственности на земельный участок Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО была произведена впоследствии, несмотря на то, что регистрирующему органу было известно о наличии в суде не разрешенного спора о праве на строения, расположенные на указанном участке, судьбе которых, в соответствии с требованиями земельного законодательства следует и земельный участок.
Сослался суд и на признание решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ договора от ДД.ММ.ГГГГ мнимой сделкой в части продажи строений; а также признания судом ничтожной, как противоречащей нормам закона сделки от ДД.ММ.ГГГГ по отчуждению КУИ ФИО6 спорного земельного участка.
Обоснованно суд сослался и на то, что ФИО7 не может быть признан добросовестным приобретателем спорного имущества - земельного участка, поскольку еще до приобретения права собственности на земельный участок, на котором находились строения, ему было доподлинно известно, что имеется спор о праве на строения, а следовательно указанные строения продавцу ФИО6 не принадлежат, и до разрешения спора ФИО7 мог поинтересоваться его существом, а также получить консультацию о правовых последствиях приобретения земельного участка для сельскохозяйственного использования, а именно для эксплуатации животноводческого комплекса, тогда как расположенный на этом участке животноводческий комплекс - строения: принадлежат третьему лицу.
Следовательно, о наличии спора в отношении строений и о том, что они ФИО6 не принадлежат ФИО7 было известно еще до регистрации права собственности на земельный участок, поскольку именно данное обстоятельство послужило основанием приостановления регистрации его права собственности Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО. Следует отметить и то, что ответчиками не опровергнут и довод истца ФИО4 о наличии родственной связи между указанными лицами, а также ссылка на более чем заниженную цену спорного имущества, указанную в договоре. Следовательно, по мнению судебной коллегии, суд сделал правильный, обоснованный и законный вывод о том, что ФИО7 нельзя признать добросовестным приобретателем спорного имущества - земельного участка. Суд правомерно применил последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Рассматривая встречный иск ФИО8 о признании его добросовестным приобретателем спорного земельного участка, суд первой инстанции исходил из следующего:
Суд указал, что в соответствии с абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения.
Судом установлено, что на момент составления договора купли-продажи земельного участка ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРП было зарегистрировано обременение земельного участка в виде приостановления регистрации права собственности на объекты недвижимости на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, в производстве суда находился спор, о котором продавец земли - ФИО7 не мог не знать, так как из-за данного судебного спора, в регистрация прав собственности на объекты недвижимого имущества, расположенные на данном земельном участке ему было отказано
Оценивая возражения представителя ФИО8 о том, что ему не было известно о существовании судебного спора, предметом которого являлись расположенные на земельном участке строения, как правильно пришел к выводу суд, он должен был проявить осторожность и осмотрительность при заключении дорогостоящей сделки (более 1,5 млн. руб.), а именно перед заключением договора купли-продажи земельного участка, который собрался приобретать.
Следует отметить, что ФИО8 в ходе рассмотрения дела судом, а также в иске не указывал на то, что ему не было известно о нахождении на приобретенном им земельном участке, строений.
ФИО7 этого обстоятельства не сообщить не мог, поскольку указанные строения находятся на участке, при осмотре видны. Сомнение вызывает и то обстоятельство, что приобретатель имущества - земельного участка, не поинтересовался назначением земли, не осмотрел приобретаемую собственность, хотя бы с целью оценки рентабельности дорогостоящей сделки купли-продажи, поскольку использоваться земля может только по ее хозяйственному назначению - для сельскохозяйственного использования, более того, учитывая расположение на участке строений - животноводческого комплекса и выделение земли с функциональным назначением для его обслуживания, использоваться участок мог только таким образом.
При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда о том, что ФИО8 не является добросовестным приобретателем земельного участка кадастровый номер N обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N.
Незнание законов не освобождает участников гражданских правоотношений от гражданско-правовых последствий недействительных \\ничтожных\\ сделок.
Из изложенного суд делает вывод, что ФИО8 не мог являться добросовестным приобретателем земельного участка поскольку он не мог не знать, что на спорном земельном участке находятся не принадлежащие продавцу сооружения сельскохозяйственного использования, при этом к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества, т.е. на ДД.ММ.ГГГГ имелись притязания третьих лиц (ФИО4).
Поскольку в силу приведенной выше нормы права абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу, договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи спорного земельного участка, заключенный между ФИО7 и ФИО8 является недействительным, поскольку не соответствует требованиям закона, а именно, приведенному выше абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ.
По той причине, что указанная выше сделка недействительна, в силу несоответствия закону, суд применил последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Довод кассатора ФИО8 о том, что из судебного решения не ясен порядок исполнения его в части действий ФИО6 и КУИ, не является основанием к отмене решения суда, поскольку прав кассатора решение суда в указанной части не затрагивает.
Ссылки кассатора на то, что суд не сослался в решении о каких ограничениях прав на земельный участок, предусмотренных п. 1 ст. 56 ЗК РФ ФИО6 должен был сообщить ФИО7, также не влияют на правильность выводов суда, поскольку, как указано выше, ФИО6 знал о продаже строений, расположенных на земельном участке ФИО4, так как сделка была заключена, деньги за проданное имущество получены и с 2005 года, имущество передано покупателю в 2005 году и как установлено решением суда, вступившим в законную силу, ФИО4 открыто пользуется приобретенным имуществом, как своим собственным с 2005 года, улучшает его, и это имущество расположено на спорном земельном участке, и именно этим участком пользовался предыдущий собственник строений. Указанное и является ограничением прав на земельный участок, однако не по основаниям п. 1 ст. 56 ЗК РФ.
Правовое значение имеет для дела то, что собственником земельного участка ФИО6 стал только по причине того, что указанное обстоятельство скрыл и несмотря ни на что обратился в КУИ по вопросу приобретения в собственность земельного участка, для обслуживания строений, расположенных на нем, которые проданы ФИО4, то есть действуя недобросовестно. При этом, от регистрации перехода права собственности, как установлено решением суда, вступившим в законную силу, ФИО6 намеренно уклонялся, не реагируя на просьбы ФИО4, вследствие чего она вынуждена была обратиться в суд. Правомерность действий ФИО4 по приобретению строений в 2005 году, их использованию подтверждена решением суда, вступившим в законную силу. Недобросовестность действий ФИО6, как участника гражданского оборота, подтверждена двумя судебными постановлениями, на которые указано в настоящем определении.
То обстоятельство, на которое ссылается кассатор, что сделка купли-продажи строений и земельного участка между ФИО7 и ФИО6 была заключена ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО4 обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ подтверждает приведенный выше вывод о недобросовестности действий ФИО6, как участника гражданского оборота, поскольку он, зная о праве ФИО4, купившей строения, расположенные на земельном участке и получив по сделке деньги, ФИО6 заключил с ФИО7 договор купли-продажи тех же строений и земельного участка, на котором они расположены. Указанный договор в части распоряжения строениями был признан решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ \\т. 2 л.д. 13 - 15\\ мнимой сделкой, о чем свидетельствует и определенная сторонами цена - 100000 рублей \\за земельный участок площадью 11343,7 кв. метра и имущественный комплекс площадью более 2000 кв. метров\\, а также то, на что ФИО4 ссылалась при рассмотрении дела - что имущество не было передано покупателю.
Не согласна коллегия и с доводом кассатора о том, что заключенный между ФИО7 и ФИО8 договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ является действительной сделкой.
То обстоятельство, на которое ссылается кассатор, что земельный участок, приобретенный ФИО8 по сделке не являлся предметом спора, не опровергает правильных выводов суда, поскольку покупая земельный участок ФИО8 знал, и не мог не знать \\а точнее должен был знать\\, что на данном земельном участке находится большой животноводческий комплекс, который продавцу ФИО7 не принадлежит. Указанная информация является открытой, более того, ее можно было получить \\потребовать\\ у самого продавца ФИО7, а затем проверить, осмотреть участок.
Согласно п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Судом установлено и не опровергнуто кассатором то, что ФИО6 земельный участок кадастровый номер N обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N передавался в собственность в указанном размере именно в связи с тем, что он сослался на принадлежность ему на праве собственности названного животноводческого комплекса и КУИ продавая указанный участок исходил из того, что он необходим для его обслуживания, на что прямо указано в договоре купли-продажи земельного участка.
При покупке расположенных на территории названного земельного участка строений - животноводческого комплекса, ФИО4 в силу положений п. 1 ст. 35 ЗК РФ приобрела и право на использование этого земельного участка в том же объеме, как и предыдущий собственник.
Следовательно, учитывая положения п. 1 ст. 35 ЗК РФ, ФИО8, фактически приобрел земельный участок площадью 11343,7 кв. метра не просто обремененный правами другого лица на строения, расположенные на участке, занимающими большую площадь сами по себе, а и в силу закона принадлежащий собственнику строений, коим ФИО7 не являлся, более того знал о наличии права другого лица на данные строения. Следовательно ФИО15 не мог отчуждать спорный земельный участок, однако ФИО8 об этом мог и должен был знать, проявив элементарную осторожность при заключении дорогостоящей сделки и ознакомившись со всем пакетом документов, а также поинтересовавшись о наличии на участке строений. Более того, коллегия полагает, что покупатель перед приобретением участка мог и должен был его осмотреть, и обнаружив на участке многочисленные строения, поинтересоваться их принадлежностью и правовой судьбой, обременениями. При таких обстоятельствах приобретатель бы выяснил о наличии судебного спора на строения, расположенные на участке, их обременении арестом, а также об отказе ему в регистрации права собственности на данные строения по указанным основаниям. В подобной ситуации добросовестный покупатель, как считает судебная коллегия, отказался бы от сделки, до рассмотрения всех споров, связанных со строениями, а как следствие и землей, на которых они расположены.
Как указано выше, незнание закона и не желание получения информации, а также юридической помощи специалистов при заключении сделки не свидетельствует о том, что сторона может быть по данным основаниям освобождена от гражданско-правовой ответственности.
Добросовестность приобретения имущества состоит не только в том, что приобретатель не знал о каких-либо обстоятельствах, а и в том, что он об этих обстоятельствах не мог знать.
Суд правильно пришел к выводу, что ФИО8, с учетом изложенного, не может быть признан добросовестным приобретателем спорного имущества, поскольку мог знать названные выше обстоятельства.
Суждения кассатора относительно того, что ФИО4 став собственником строений, общая площадь которых составляет 2061 кв. метр имеет право пользоваться частью земельного участка, принадлежащего ФИО8, опровергаются изложенными выше доводами, а также противоречат положениям п. 1 ст. 35 ЗК, поскольку приобретя строения, которые расположены на земельном участке, она, как отражено в настоящем определении, приобрела и право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Судом установлено, подтверждается договором купли-продажи и не оспорено ответчиками, что прежний собственник строений на момент заключения сделки с ФИО4 использовал весь переданный ему затем КУИ в собственность земельный участок площадью 11343,7 кв. метра, соответственно и ФИО4, купив указанные строения, приобрела право использовать земельный участок в том же объеме.
Несогласие кассатора с отказом судом в применении срока исковой давности основано на ошибочном понимании обстоятельств дела.
В соответствии со ст. 181 ГК РФ 1. Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
2. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
ФИО4 не оспаривается сделка, заключенная в 2005 году, стороной по которой она выступает. Она просила признать недействительными а сделки по распоряжению спорным земельным участком и строениями, первая из которых была заключена ДД.ММ.ГГГГ, а именно сделка между КУИ и ФИО6 Исполнение данной сделки, оспоренной ФИО4, началось, как минимум, после ее заключения. Последующие сделки, оспоренные ФИО4, были заключены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, и их исполнение также началось после указанных дат.
Следовательно, на момент обращения в суд с требованиями о признании названных сделок недействительными срок исковой давности ФИО4 пропущен не был, а момент исполнения договора купли-продажи земельного участка, заключенного с ФИО4 в 2005 году, при рассмотрении заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности, правовое значение не имеет, поскольку данная сделка в настоящем гражданском деле предметом спора не была.
Доводы ФИО3, составившей и подавшей жалобу, относительно неуведомления ее доверителей - ответчиков по делу о времени и месте его рассмотрения судом первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть приняты, поскольку будучи представителем ответчиков по доверенностям ФИО3 присутствовала в судебном заседании и поддерживала их позицию, более того, указала суду, что не возражает относительно его рассмотрения в отсутствии доверителей. В суд кассационной инстанции никто из ответчиков также не явился, а представитель ответчиков ФИО3 пояснила, что они все уведомлены о времени и месте рассмотрения дела.
При таких обстоятельствах, данный довод, изложенный ФИО3 в жалобе коллегия не может принять в качестве основания к отмене постановленного по делу решения.
С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам кассационных жалоб Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3
Руководствуясь ст. ст. 360 - 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а кассационные жалобы Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3 - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ РОСТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
Разделы:Купля-продажа земли; Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
РОСТОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
судья ФИО1
Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:
Председательствующего судьи: Хомич С.В.,
Судей: Сеник Ж.Ю., Михайлова Г.В.,
при секретаре: ФИО2,
заслушав в судебном заседании по докладу судьи Сеник Ж.Ю. дело по кассационным жалобам Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3 на решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ,
установила:
ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6, ФИО7, М., КУИ администрации, третье лицо - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка, признании недействительными зарегистрированных прав на земельный участок, в обоснование которого указала, что ей на основании решения Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, оставленного без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, на праве собственности принадлежат нежилые строения, расположенные по адресу N. С иском о признании права собственности на спорное имущество ФИО4 обращалась к ФИО5, ФИО5 В ходе рассмотрения данного спора определением суда на спорное имущество - нежилые строения, был наложен арест.
Вместе с тем, ответчик ФИО6, зная об иске ФИО4, совершил сделку купли-продажи недвижимого имущества: названных нежилых строений и земельного участка, на котором они расположены и продал его ФИО7, при этом указал стоимость имущества значительно ниже реальной его стоимости. По утверждению истца, ответчики знали и не могли не знать реальной стоимости имущества, поскольку являются членами одной семьи. До подачи иска о признании права собственности на строения ФИО4 неоднократно пыталась решить вопрос о передаче ей имущества во внесудебном порядке, соответственно сторонам по сделке было известно о праве ФИО4 Истец полагает, что ответчиками совершена недействительная сделка, которая нарушает ее права как собственника спорного имущества, поскольку обе стороны по оспариваемому договору купли-продажи знали о наличии права ФИО4 на спорное имущество, и, следовательно, заключили данный договор купли-продажи с намерением отчуждения спорного имущества; таким образом, данная сделка не влечет никаких юридических последствий; регистрация права собственности за ФИО7 не произведена, по тем основаниям, что в суде имелся спор о праве на строения. Впоследствии ФИО7 продал ФИО8 земельный участок, расположенный по адресу N. Истец полагала и данную сделку недействительной.
ФИО8 обратился в суд со встречным иском к ФИО4, ФИО6, ФИО7, третье лицо - Шахтинский отдел Главного управления Федеральной регистрационной службы по РО о признании добросовестным приобретателем земельного участка, в обоснование которого указал, что является собственником земельного участка, расположенного по адресу N. Указанный земельный участок ФИО8 приобрел в установленном законом порядке, по возмездной сделке - договору купли-продажи, заключенному ДД.ММ.ГГГГ с ФИО7, право собственности на земельный участок за ФИО8 зарегистрировано в ЕГРП. За приобретенное по договору имущество истец уплатил ФИО7 300 000 руб. по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, а также сумму в размере 1 500 000 руб. в счет стоимости (аванса) земельного участка, согласно расписки от ДД.ММ.ГГГГ Из изложенного ФИО8 делает вывод, что обязательства по сделке им были исполнены полностью, и он стал собственником спорного имущества в силу ст. 223 ГК РФ. С требованиями ФИО4 ФИО8 не согласен, поскольку полагает себя добросовестным приобретателем спорного имущества и его законным собственником.
Решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении исковых требований ФИО4 было отказано, встречный иск ФИО8 удовлетворен в полном объеме, последний был признан добросовестным приобретателем земельного участка, кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, расположенного по адресу N по договору купли-продажи земельного участка (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО7 и ФИО8
Определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ было отменено и дело возвращено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела истцы по первоначальному и по встречному искам требований не уточняли.
В отношении ФИО4 дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Представитель ФИО4 по доверенности ФИО9 требования иска своего доверителя поддержала в полном объеме, в удовлетворении встречных требований ФИО8 просила суд отказать.
В отношении ответчика ФИО6 дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ. Ранее письменно ФИО6 просил рассмотреть гражданское дело по встречному иску ФИО8 в его отсутствие; исковые требования ФИО8 признал, в удовлетворении исковых требований ФИО4 просил отказать.
В отношении ФИО7 дело также было рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ, в письменном отзыве на иск ФИО4 он указывал на то, что требования не признает.
Представитель ФИО6, ФИО7, ФИО8 по доверенностям ФИО3 в суде первой инстанции в удовлетворении требований ФИО4 просила отказать в полном объеме, иск ФИО8 поддержала, полагала его подлежащим удовлетворению.
В отношении КУИ Администрации дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ. В направленном в суд письменном отзыве комитет исковые требования ФИО4 не признал, иск ФИО8 полагал подлежащим удовлетворению.
В отношении Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, в удовлетворении встречного иска ФИО8 отказано.
Суд признал недействительными:
договор купли-продажи земельного участка кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенного по адресу N (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ N <...>, заключенный между КУИ администрации и ФИО6
договор купли-продажи этого же земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 и ФИО7 Применив последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
договор купли-продажи этого же земельного участка (без передаточного акта) от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО7 и ФИО8 Применив последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Судом погашена регистрационная запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве собственности ФИО8 на указанный земельный участок с кадастровым номером обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N, внесенную ДД.ММ.ГГГГ номер регистрации обезличен.
В удовлетворении требований ФИО4 к Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по об аннулировании записи о праве собственности на земельный участок в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ФИО6 и ФИО7 суд отказал.
Не согласившись с постановленным решением суда, представитель ФИО8, ФИО6 и ФИО7 по доверенностям ФИО3 подала кассационную жалобу, в которой ставит вопрос об отмене решения суда, считая его незаконным и необоснованным.
При этом, в суде кассационной инстанции ФИО3 пояснила и настаивала на том, что жалоба ею подана от имени ФИО8, а остальные ее доверители жалобу поддерживают, что внесено в протокол судебного заседания.
По мнению кассатора, суд постановил незаконное решение, поскольку не учел того обстоятельства, что на момент передачи спорного земельного участка в собственность ФИО6 - 2007 год, он являлся собственником строений, расположенных на территории данного земельного участка, его право собственности было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Право собственности ФИО6 не было оспорено в судебном порядке, нежилые строения в этот период арестом обременены не были. ФИО4 стала собственником строений лишь ДД.ММ.ГГГГ после регистрации ее права собственности в установленном законом порядке. По мнению кассатора именно ФИО6 принадлежало исключительное право приватизации земельного участка как собственнику строении. На момент обращения по вопросу регистрации договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ между КУИ и ФИО6 ни запретов, ни арестов на данный земельный участок, в том числе и строения, наложены не были, земельный участок был продан КУИ ФИО6 под принадлежащими ему строениями, что соответствует положениям ст. 36 ЗК РФ. Право собственности на земельный участок было зарегистрировано за ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ.
Кассатор ссылается на то, что несмотря на имеющуюся расписку от сентября 2005 г. и судебное решение от ДД.ММ.ГГГГ, которым за ФИО4 признано право собственности на строения, факта передачи проданного имущества от ФИО6 к ФИО4 по договору от сентября 2005 г. на момент заключения КУИ с ответчиком договора купли-продажи спорного участка в 2007 г., не было, а ремонт строений, расположенных на спорном участке, приобретенных ФИО4 в 2005 г., по утверждению кассатора, она произвела лишь 2009 году, техническая инвентаризация проводилась также в 2009 г., и покупка строений, расположенных на спорном земельном участке в 2005 г., по мнению кассатора, не означает, что истица их приняла в свое владение.
Кассатор указывает, что решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым был признан действительным договор купли-продажи строений от сентября 2005 г., заключенный между ФИО4 и ФИО6, имело значение для дальнейшей регистрации права собственности ФИО6 на строения и для последующего после регистрации формирования правоотношений ФИО4 как собственника с иными 3-ми лицами, но никак не влияло на переход права собственности на земельный участок к ФИО10 на основании договора с КУИ администрации, тем более что указанная сделка была совершена ФИО6 до регистрации права собственности ФИО4 на нежилые строения.
По мнению кассатора, суд не указал, в чем выражались притязания ФИО4, имели ли они вообще место быть на момент заключения оспариваемого договора, если решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, признана действительной сделка купли-продажи нежилых строений и за ФИО4, признано право собственности на данные строения, земельный участок предметом судебного разбирательства не являлся, несмотря на то, что в материалах дела имелись сведения о принадлежности ФИО6 земельного участка на котором расположены строения, что, по мнению кассатора, подтверждает то, что истице было известно о принадлежности участка ФИО6
Кассатор указал, что сделка купли-продажи недвижимого имущества, в том числе земельного участка между ФИО6 и ФИО7 была совершена ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании права собственности на нежилые строения ДД.ММ.ГГГГ, поэтому ни ФИО6, ни ФИО7, не привлеченный к участию в деле, не знали о находящемся в производстве суда иске ФИО11.
На основании определения Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ действительно был наложен арест на объекты недвижимости, которые явились предметом судебного спора по иску ФИО4 к ФИО6, ФИО5 однако земельный участок при этом предметом спора не являлся.
Кассатор указывает, что ФИО7 являлся собственником спорного земельного участка, собственником объектов недвижимости, которые на нем располагались, он не являлся. ФИО8 оплатил обусловленную сторонами договора сумму за земельный участок, проявил осмотрительность и добросовестность, удостоверился в законности владения земельным участком ФИО7, ФИО8 не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом.
Кассатор указывает, что истица, считающая себя собственником спорного участка, владеющая им с 2005 г., таковой никогда не являлась, прежними собственниками спорный участок ей не передавался в порядке приватизации, а также не приобретался ею по возмездной либо безвозмездной сделке, то есть она не обладает зарегистрированным правом, вопрос о праве собственности на такое имущество может быть разрешен только при рассмотрении виндикационного иска с соблюдением правил, предусмотренных ст. 223 и 302 ГК РФ. Однако такого иска ФИО4 к ФИО8 не заявлено. При рассмотрении дела не было установлено, что спорный участок, приобретенный ФИО8, был утерян его собственником или лицом, которому было передано данное имущество собственником во владение, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. ФИО8 является добросовестным приобретателем спорного земельного участка. Кассатор не согласен с выводами суда о недопустимости применения срока исковой давности к данным правоотношениям.
Кассатор указывает, что в материалах дела отсутствуют уведомления об извещении ФИО8, ФИО7, ФИО12 о слушании дела ДД.ММ.ГГГГ, что является нарушением ст. 364 ГПК РФ.
Также с решением суда от ДД.ММ.ГГГГ не согласился Комитет по управлению имуществом администрации, считая его незаконным и необоснованным. Основанием несогласия с постановленным решением кассатор указывает то, что ФИО6 на момент обращения в КУИ по вопросу приобретения в собственность земельного участка был зарегистрирован собственником строений, находящихся на данном земельном участке.
ФИО6 были предоставлены все необходимые документы для приобретения указанного земельного участка в собственность, следовательно, администрация не имела оснований для отказа ему в предоставлении в собственность земельного участка, находящегося по адресу: <...>, в районе бывшей шахты N <...> общей площадью 11343,70 кв. м.
Не основанной на законе кассатор считает и ссылку суда на то, что поскольку не зарегистрировано право муниципальной собственности на спорный земельный участок, администрация не имела права им распоряжаться, так как отсутствие государственной регистрации права собственности на земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, не является препятствием для осуществления распоряжения ими.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов кассационных жалоб, заслушав в судебном заседании представителя ФИО6,, ФИО8, ФИО7 по доверенностям ФИО3, представителя КУИ ФИО13, представителя ФИО4 по доверенности ФИО9 судебная коллегия полагает обжалуемое решение не подлежащим отмене по следующим основаниям:
Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался ст. ст. 168, ч. 2 ст. 209, 302, п. 1 ст. 552 ГК РФ, ч. 3 и ч. 4 ст. 35, п. 1 ст. 36 ЗК РФ и исходил из установленных им в ходе рассмотрения дела обстоятельств, а также обстоятельств, установленных судебными постановлениями, вступившими в законную силу.
Суд установил, что решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, после его кассационного обжалования, был признан действительным договор купли-продажи нежилых строений: расположенных по адресу N, заключенный в сентябре 2005 года между ФИО4 и ФИО6, за ФИО4 было признано право собственности на указанные строения.
Как правильно указал суд первой инстанции, названным решением суда установлено, что с момента заключения договора купли-продажи, то есть с сентября 2005 года, ФИО4 открыто, на законных основаниях владеет объектами недвижимости, расположенными на земельном участке, произвела ремонт имущества, являлась его титульным собственником. Названное обстоятельство, в силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ является преюдициальным для рассматриваемого спора и не доказывается вновь.
С данным выводом суда, имеющим правовое значение в рассматриваемом споре судебная коллегия согласна, в связи с чем доводы кассаторов относительно отсутствия регистрации права собственности ФИО4 на строения, расположенные на спорном земельном участке на момент приобретения ФИО6 права собственности на земельный участок - 2007 год, а также о том, что владение и пользование приобретенным имуществом ФИО4 стала осуществлять только в 2009 году, судебная коллегия полагает опровергнутыми указанным выводом суда.
Делая вывод о том, что оспариваемые сделки по распоряжению спорным земельным участком на котором расположены строения, принадлежащие ФИО4 заключены с нарушением требований закона, суд первой инстанции сослался на ст. ст. 1, 35 Земельного кодекса РФ и ст. 552 ГК РФ, а также основополагающий принцип земельного законодательства - единства судьбы земельного участка и прочно связанных с ним объектов недвижимости.
Так, в силу п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Согласно ст. 552 ч. 1 ГК РФ по договору продажи здания, сооружения или другой недвижимости покупателю одновременно с передачей права собственности на такую недвижимость передаются права на земельный участок, занятый такой недвижимостью и необходимый для ее использования.
Следовательно, продав ФИО4 строения, расположенные на земельном участке, который использовался для их эксплуатации, а это - спорный земельный участок находящегося по адресу N общей площадью 11343,70 кв. м, продавец передал ей, а ФИО4 приобрела право использования указанного участка на тех же условиях и в том же объеме, как и предыдущий собственник.
Учитывая приведенные выше обстоятельства, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что в декабре 2007 г. ФИО6, не будучи собственником строений, расположенных по адресу N на земельном участке, не мог обращаться в КУИ с заявлением о приватизации данного земельного участка, поскольку строениями и правом использования земельного участка находящихся по адресу: N общей площадью 11343,70 кв. м \\которым он и пользовался ранее\\ он распорядился в пользу ФИО4
Суд сделал обоснованный вывод о том, что ФИО6 ввел в заблуждение работников КУИ, так как, если бы работники КУИ знали о том, что ФИО6 продал строения, расположенный на земельном участке, который он намеревался приобретать в собственность, деньги по сделке получил, а следовательно не является собственником строений, то ФИО6 было бы отказано в признании за ним права на земельный участок по ч. 3 и ч. 4 ст. 35 ЗК РФ. Будучи не собственником строений ФИО6 уже не мог в силу прямого указания закона приобрести в собственность земельный участок.
То обстоятельство, что ФИО6 и ФИО14, как установлено решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, уклонялись от регистрации сделки купли-продажи строений ФИО4 в установленном законом порядке, не свидетельствует о том, что ФИО4 не стала титульным собственником строений, заключив сделку купли-продажи и уплатив цену приобретенного имущества, а также получив данное имущество от ФИО5 непосредственно после заключения сделки, открыто владея и пользуясь им, производя его улучшение.
В соответствии с п. 1 ст. 36 ЗК РФ граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с настоящим Кодексом.
ФИО6 же взяв деньги с покупателя с момента заключения договора купли-продажи знал, что он распорядился строениями, расположенными на спорном земельном участке, знал о наличии права на строения у ФИО4, соответственно, как правильно указал суд, обратившись по вопросу приватизации земельного участка на котором расположены проданные строения в КУИ действовал неправомерно и ввел в заблуждение работников комитета, не сообщив им об этом.
Кроме того, суд указал, что согласно договору купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ N <...>, заключенному КУИ с ФИО6, последним был приобретен спорный земельный участок общей площадью 11343,70 кв. м с функциональным использованием - под комплекс животноводческих помещений, на что прямо указано в договоре от ДД.ММ.ГГГГ \\т. 1 л.д. 50\\, тогда как вступившим в законную силу судебным постановлением установлено, что с сентября 2005 г. ФИО6 не являлся уже титульным собственником объектов недвижимости - указанного комплекса помещений, сельскохозяйственного назначения, соответственно, использовать земельный участок в соответствии с его функциональным назначением не мог.
При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда о признании недействительным \\ничтожным\\ договора от ДД.ММ.ГГГГ N <...> купли-продажи земельного участка кадастровый номер обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенного по адресу N, заключенного между КУИ администрации и ФИО6, по тому основанию, что данный договор не соответствует требованиям закона, а именно, нормам ЗК РФ, поскольку, как правильно указал суд первой инстанции, законом императивно предусмотрены требования о недопустимости заключения договоров по отчуждению земельного участка не собственникам находящихся на нем здания, строения, сооружения, указанная спорная сделка является ничтожной.
В связи с изложенным доводы кассаторов относительно наличия у ФИО6 права собственности на строения, правомерности передачи ему в собственность земельного участка, необходимого для эксплуатации строений, судебная коллегия полагает ошибочными, противоречащими принципам права, основанными на ошибочном понимании обстоятельств дела.
Недействительными являются и последующие сделки купли-продажи спорного земельного участка.
Делая вывод о недействительности договора купли-продажи спорного земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6 и ФИО7 и возвращая стороны в первоначальное положение, суд, учитывал установленный решением суда от ДД.ММ.ГГГГ факт владения и пользования ФИО4 с сентября 2005 года объектами недвижимого имущества, расположенными на территории спорного земельного участка; а также то, что на момент составления договора купли-продажи земельного участка ДД.ММ.ГГГГ на указанный земельный участок и строения расположенные на нем имелись притязания ФИО4, признанные решением суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, после кассационного обжалования.
Более того, как видно из материалов дела, в частности пояснений представителя Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО, и установлено судом, ФИО7 после его обращения за регистрацией права собственности по договору, письменно было сообщено о наличии спора на строения \\арест в деле по иску ФИО4 к К.\\, вследствие чего регистрация права собственности на строения, расположенные по адресу N указанные в договоре купли-продажи, за ФИО7 произведена не была. Регистрация права собственности на земельный участок Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО была произведена впоследствии, несмотря на то, что регистрирующему органу было известно о наличии в суде не разрешенного спора о праве на строения, расположенные на указанном участке, судьбе которых, в соответствии с требованиями земельного законодательства следует и земельный участок.
Сослался суд и на признание решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ договора от ДД.ММ.ГГГГ мнимой сделкой в части продажи строений; а также признания судом ничтожной, как противоречащей нормам закона сделки от ДД.ММ.ГГГГ по отчуждению КУИ ФИО6 спорного земельного участка.
Обоснованно суд сослался и на то, что ФИО7 не может быть признан добросовестным приобретателем спорного имущества - земельного участка, поскольку еще до приобретения права собственности на земельный участок, на котором находились строения, ему было доподлинно известно, что имеется спор о праве на строения, а следовательно указанные строения продавцу ФИО6 не принадлежат, и до разрешения спора ФИО7 мог поинтересоваться его существом, а также получить консультацию о правовых последствиях приобретения земельного участка для сельскохозяйственного использования, а именно для эксплуатации животноводческого комплекса, тогда как расположенный на этом участке животноводческий комплекс - строения: принадлежат третьему лицу.
Следовательно, о наличии спора в отношении строений и о том, что они ФИО6 не принадлежат ФИО7 было известно еще до регистрации права собственности на земельный участок, поскольку именно данное обстоятельство послужило основанием приостановления регистрации его права собственности Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РО. Следует отметить и то, что ответчиками не опровергнут и довод истца ФИО4 о наличии родственной связи между указанными лицами, а также ссылка на более чем заниженную цену спорного имущества, указанную в договоре. Следовательно, по мнению судебной коллегии, суд сделал правильный, обоснованный и законный вывод о том, что ФИО7 нельзя признать добросовестным приобретателем спорного имущества - земельного участка. Суд правомерно применил последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Рассматривая встречный иск ФИО8 о признании его добросовестным приобретателем спорного земельного участка, суд первой инстанции исходил из следующего:
Суд указал, что в соответствии с абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения.
Судом установлено, что на момент составления договора купли-продажи земельного участка ДД.ММ.ГГГГ в ЕГРП было зарегистрировано обременение земельного участка в виде приостановления регистрации права собственности на объекты недвижимости на основании определения суда от ДД.ММ.ГГГГ, в производстве суда находился спор, о котором продавец земли - ФИО7 не мог не знать, так как из-за данного судебного спора, в регистрация прав собственности на объекты недвижимого имущества, расположенные на данном земельном участке ему было отказано
Оценивая возражения представителя ФИО8 о том, что ему не было известно о существовании судебного спора, предметом которого являлись расположенные на земельном участке строения, как правильно пришел к выводу суд, он должен был проявить осторожность и осмотрительность при заключении дорогостоящей сделки (более 1,5 млн. руб.), а именно перед заключением договора купли-продажи земельного участка, который собрался приобретать.
Следует отметить, что ФИО8 в ходе рассмотрения дела судом, а также в иске не указывал на то, что ему не было известно о нахождении на приобретенном им земельном участке, строений.
ФИО7 этого обстоятельства не сообщить не мог, поскольку указанные строения находятся на участке, при осмотре видны. Сомнение вызывает и то обстоятельство, что приобретатель имущества - земельного участка, не поинтересовался назначением земли, не осмотрел приобретаемую собственность, хотя бы с целью оценки рентабельности дорогостоящей сделки купли-продажи, поскольку использоваться земля может только по ее хозяйственному назначению - для сельскохозяйственного использования, более того, учитывая расположение на участке строений - животноводческого комплекса и выделение земли с функциональным назначением для его обслуживания, использоваться участок мог только таким образом.
При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда о том, что ФИО8 не является добросовестным приобретателем земельного участка кадастровый номер N обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N.
Незнание законов не освобождает участников гражданских правоотношений от гражданско-правовых последствий недействительных \\ничтожных\\ сделок.
Из изложенного суд делает вывод, что ФИО8 не мог являться добросовестным приобретателем земельного участка поскольку он не мог не знать, что на спорном земельном участке находятся не принадлежащие продавцу сооружения сельскохозяйственного использования, при этом к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества, т.е. на ДД.ММ.ГГГГ имелись притязания третьих лиц (ФИО4).
Поскольку в силу приведенной выше нормы права абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ не допускается отчуждение земельного участка без находящихся на нем здания, строения, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу, договор от ДД.ММ.ГГГГ купли-продажи спорного земельного участка, заключенный между ФИО7 и ФИО8 является недействительным, поскольку не соответствует требованиям закона, а именно, приведенному выше абз. 5 п. 4 ст. 35 ЗК РФ.
По той причине, что указанная выше сделка недействительна, в силу несоответствия закону, суд применил последствия недействительности данной сделки, вернув стороны в первоначальное положение.
Довод кассатора ФИО8 о том, что из судебного решения не ясен порядок исполнения его в части действий ФИО6 и КУИ, не является основанием к отмене решения суда, поскольку прав кассатора решение суда в указанной части не затрагивает.
Ссылки кассатора на то, что суд не сослался в решении о каких ограничениях прав на земельный участок, предусмотренных п. 1 ст. 56 ЗК РФ ФИО6 должен был сообщить ФИО7, также не влияют на правильность выводов суда, поскольку, как указано выше, ФИО6 знал о продаже строений, расположенных на земельном участке ФИО4, так как сделка была заключена, деньги за проданное имущество получены и с 2005 года, имущество передано покупателю в 2005 году и как установлено решением суда, вступившим в законную силу, ФИО4 открыто пользуется приобретенным имуществом, как своим собственным с 2005 года, улучшает его, и это имущество расположено на спорном земельном участке, и именно этим участком пользовался предыдущий собственник строений. Указанное и является ограничением прав на земельный участок, однако не по основаниям п. 1 ст. 56 ЗК РФ.
Правовое значение имеет для дела то, что собственником земельного участка ФИО6 стал только по причине того, что указанное обстоятельство скрыл и несмотря ни на что обратился в КУИ по вопросу приобретения в собственность земельного участка, для обслуживания строений, расположенных на нем, которые проданы ФИО4, то есть действуя недобросовестно. При этом, от регистрации перехода права собственности, как установлено решением суда, вступившим в законную силу, ФИО6 намеренно уклонялся, не реагируя на просьбы ФИО4, вследствие чего она вынуждена была обратиться в суд. Правомерность действий ФИО4 по приобретению строений в 2005 году, их использованию подтверждена решением суда, вступившим в законную силу. Недобросовестность действий ФИО6, как участника гражданского оборота, подтверждена двумя судебными постановлениями, на которые указано в настоящем определении.
То обстоятельство, на которое ссылается кассатор, что сделка купли-продажи строений и земельного участка между ФИО7 и ФИО6 была заключена ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО4 обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ подтверждает приведенный выше вывод о недобросовестности действий ФИО6, как участника гражданского оборота, поскольку он, зная о праве ФИО4, купившей строения, расположенные на земельном участке и получив по сделке деньги, ФИО6 заключил с ФИО7 договор купли-продажи тех же строений и земельного участка, на котором они расположены. Указанный договор в части распоряжения строениями был признан решением Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ \\т. 2 л.д. 13 - 15\\ мнимой сделкой, о чем свидетельствует и определенная сторонами цена - 100000 рублей \\за земельный участок площадью 11343,7 кв. метра и имущественный комплекс площадью более 2000 кв. метров\\, а также то, на что ФИО4 ссылалась при рассмотрении дела - что имущество не было передано покупателю.
Не согласна коллегия и с доводом кассатора о том, что заключенный между ФИО7 и ФИО8 договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ является действительной сделкой.
То обстоятельство, на которое ссылается кассатор, что земельный участок, приобретенный ФИО8 по сделке не являлся предметом спора, не опровергает правильных выводов суда, поскольку покупая земельный участок ФИО8 знал, и не мог не знать \\а точнее должен был знать\\, что на данном земельном участке находится большой животноводческий комплекс, который продавцу ФИО7 не принадлежит. Указанная информация является открытой, более того, ее можно было получить \\потребовать\\ у самого продавца ФИО7, а затем проверить, осмотреть участок.
Согласно п. 1 ст. 35 ЗК РФ при переходе права собственности на здание, строение, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Судом установлено и не опровергнуто кассатором то, что ФИО6 земельный участок кадастровый номер N обезличен, площадью 11343,7 кв. м, целевое назначение: земли населенных пунктов - для сельскохозяйственного использования, расположенный по адресу N передавался в собственность в указанном размере именно в связи с тем, что он сослался на принадлежность ему на праве собственности названного животноводческого комплекса и КУИ продавая указанный участок исходил из того, что он необходим для его обслуживания, на что прямо указано в договоре купли-продажи земельного участка.
При покупке расположенных на территории названного земельного участка строений - животноводческого комплекса, ФИО4 в силу положений п. 1 ст. 35 ЗК РФ приобрела и право на использование этого земельного участка в том же объеме, как и предыдущий собственник.
Следовательно, учитывая положения п. 1 ст. 35 ЗК РФ, ФИО8, фактически приобрел земельный участок площадью 11343,7 кв. метра не просто обремененный правами другого лица на строения, расположенные на участке, занимающими большую площадь сами по себе, а и в силу закона принадлежащий собственнику строений, коим ФИО7 не являлся, более того знал о наличии права другого лица на данные строения. Следовательно ФИО15 не мог отчуждать спорный земельный участок, однако ФИО8 об этом мог и должен был знать, проявив элементарную осторожность при заключении дорогостоящей сделки и ознакомившись со всем пакетом документов, а также поинтересовавшись о наличии на участке строений. Более того, коллегия полагает, что покупатель перед приобретением участка мог и должен был его осмотреть, и обнаружив на участке многочисленные строения, поинтересоваться их принадлежностью и правовой судьбой, обременениями. При таких обстоятельствах приобретатель бы выяснил о наличии судебного спора на строения, расположенные на участке, их обременении арестом, а также об отказе ему в регистрации права собственности на данные строения по указанным основаниям. В подобной ситуации добросовестный покупатель, как считает судебная коллегия, отказался бы от сделки, до рассмотрения всех споров, связанных со строениями, а как следствие и землей, на которых они расположены.
Как указано выше, незнание закона и не желание получения информации, а также юридической помощи специалистов при заключении сделки не свидетельствует о том, что сторона может быть по данным основаниям освобождена от гражданско-правовой ответственности.
Добросовестность приобретения имущества состоит не только в том, что приобретатель не знал о каких-либо обстоятельствах, а и в том, что он об этих обстоятельствах не мог знать.
Суд правильно пришел к выводу, что ФИО8, с учетом изложенного, не может быть признан добросовестным приобретателем спорного имущества, поскольку мог знать названные выше обстоятельства.
Суждения кассатора относительно того, что ФИО4 став собственником строений, общая площадь которых составляет 2061 кв. метр имеет право пользоваться частью земельного участка, принадлежащего ФИО8, опровергаются изложенными выше доводами, а также противоречат положениям п. 1 ст. 35 ЗК, поскольку приобретя строения, которые расположены на земельном участке, она, как отражено в настоящем определении, приобрела и право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.
Судом установлено, подтверждается договором купли-продажи и не оспорено ответчиками, что прежний собственник строений на момент заключения сделки с ФИО4 использовал весь переданный ему затем КУИ в собственность земельный участок площадью 11343,7 кв. метра, соответственно и ФИО4, купив указанные строения, приобрела право использовать земельный участок в том же объеме.
Несогласие кассатора с отказом судом в применении срока исковой давности основано на ошибочном понимании обстоятельств дела.
В соответствии со ст. 181 ГК РФ 1. Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.
2. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
ФИО4 не оспаривается сделка, заключенная в 2005 году, стороной по которой она выступает. Она просила признать недействительными а сделки по распоряжению спорным земельным участком и строениями, первая из которых была заключена ДД.ММ.ГГГГ, а именно сделка между КУИ и ФИО6 Исполнение данной сделки, оспоренной ФИО4, началось, как минимум, после ее заключения. Последующие сделки, оспоренные ФИО4, были заключены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, и их исполнение также началось после указанных дат.
Следовательно, на момент обращения в суд с требованиями о признании названных сделок недействительными срок исковой давности ФИО4 пропущен не был, а момент исполнения договора купли-продажи земельного участка, заключенного с ФИО4 в 2005 году, при рассмотрении заявления ответчиков о пропуске срока исковой давности, правовое значение не имеет, поскольку данная сделка в настоящем гражданском деле предметом спора не была.
Доводы ФИО3, составившей и подавшей жалобу, относительно неуведомления ее доверителей - ответчиков по делу о времени и месте его рассмотрения судом первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, не могут быть приняты, поскольку будучи представителем ответчиков по доверенностям ФИО3 присутствовала в судебном заседании и поддерживала их позицию, более того, указала суду, что не возражает относительно его рассмотрения в отсутствии доверителей. В суд кассационной инстанции никто из ответчиков также не явился, а представитель ответчиков ФИО3 пояснила, что они все уведомлены о времени и месте рассмотрения дела.
При таких обстоятельствах, данный довод, изложенный ФИО3 в жалобе коллегия не может принять в качестве основания к отмене постановленного по делу решения.
С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам кассационных жалоб Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3
Руководствуясь ст. ст. 360 - 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Шахтинского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, а кассационные жалобы Комитета по управлению имуществом администрации, представителя ФИО8 по доверенности ФИО3 - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)