Судебные решения, арбитраж
Купля-продажа земли; Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Ефимкина Ю.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе
председательствующего Елкановой И.А.,
судей Мележик Л.М., Ефимовой И.В.,
при секретаре Ш.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Мележик Л.М. гражданское дело по иску М., М.П. к Г., администрации муниципального образования "Город Саратов", администрации Волжского района муниципального образования "Город Саратов", комитету по управлению имуществом Саратовской области о запрете деятельности по строительству, о сохранении жилого помещения в перепланированном состоянии, об оспаривании ненормативных актов органа местного самоуправления и исполнительной власти, признании договора купли-продажи земельного участка недействительным, по встречному иску Г. к М., М.П. о сносе самовольного строения, приведении жилого помещения в первоначальное состояние, по апелляционным жалобам М., М.П. на решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г., которым исковые требования М., М.П. и встречные исковые требования Г. удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи, объяснения представителей М.П. - адвоката Синельникова М.В., А., представителя М. - Г.В., поддержавших доводы жалоб, представителя Г. - адвоката Парфеновой Ю.Ю., возражавшей против отмены решения суда, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия
установила:
М., М.П., с учетом уточненных исковых требований, обратились в суд к Г., администрации муниципального образования "Город Саратов", администрации Волжского района муниципального образования "Город Саратов", комитету по управлению имуществом Саратовской области о запрете деятельности по строительству, о сохранении жилого помещения в перепланированном состоянии. В обоснование заявленных требований ссылались на то, что являются сособственниками по 1/2 доли в праве на квартиру <адрес>. Квартира N в этом же доме (литер Г) принадлежала на праве собственности Г. Оба литера одного дома были соединены аркой и находились на одном земельном участке. В 2012 г. ответчик осуществил снос квартиры N и начал строительство. При этом строительная площадка огорожена забором, в связи с чем выход из квартиры истцов затруднен. Из-за сноса арки между литерами А и Г которая выполняла функцию поддержки строения, началось разрушение жилого дома, в котором находится квартира истцов. Г. осуществляет работы без соответствующего разрешения, нормы и правила им не соблюдаются, поскольку расстояние от котлована до крыльца дома, принадлежащего истцам - 1 м, высота вновь возводимого строения - 3 этажа. В связи с тем, что жилой дом <адрес> признан памятником истории и культуры, ответчик не вправе был осуществлять его частичный снос.
М., М.П. просили суд запретить деятельность по строительству, которая осуществляется ответчиком на общем земельном участке, обязать Г. восстановить положение, существовавшее до нарушения права - восстановить арку между литерами А и Г, засыпать котлован.
В ходе рассмотрения дела М.П., уточнив исковые требования, указал, что 06 февраля 2006 г. администрацией Волжского района г. Саратова было издано распоряжение "О присвоении квартире, расположенной по адресу: <адрес> статуса отдельного дома". По мнению М.П., полномочий по отчуждению муниципальной собственности у администрации не имелось. Далее администрация г. Саратова постановлением N 46 А от 26 февраля 2006 г. списала литер Г дома N и передала его в управление Г. на основании протокола общего собрания собственников жилого дома о выборе способа управления жилым домом. Однако собственники жилого дома <адрес> на указанное собрание не приглашались. Действия администраций по принятию ненормативных актов являются незаконными и нарушающими права истца, поскольку в результате вынесенных постановлений Г. стал собственником жилого дома с другим адресом, фактически и юридически изменив состав домовладения N. Распоряжением комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> Г. предоставлен в собственность земельный участок площадью 129 кв. м, расположенный под жилым домом N А, на основании которого с ответчиком был заключен договор купли-продажи. Вместе с тем указанное распоряжение вынесено в нарушение закона, поскольку выделение земельного участка, предоставленного ответчику, произошло из земельного участка площадью 21985 кв. м, сформированного под домовладением <адрес> и находящимся в общей долевой собственности всех собственников квартир в жилом доме N.
М.П. просил признать недействительным распоряжение администрации Волжского района г. Саратова от 06 февраля 2006 г. "О присвоении квартире, расположенной по адресу: <адрес> статуса отдельного дома"; признать недействительным постановление администрации г. Саратова от 26 февраля 2006 г. N 46 А "О списании с баланса МУ ДЕЗ по Волжскому району г. Саратова" жилого <адрес>"; признать недействительным распоряжение комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> N Т-2305-р о предоставлении Г. земельного участка площадью 129 кв. м в собственность; признать недействительным договор купли-продажи земельного участка N, заключенный между комитетом по управлению имуществом Саратовской области и Г. и привести стороны в первоначальное положение; исключить из ЕГРП сведения о регистрации права собственности Г. на земельный участок с кадастровым номером N площадью 129 кв. м, расположенный по адресу: <адрес> <адрес>.
М.П., с учетом уточненных исковых требований, просил также обязать ответчика снести самовольно возведенное строение, обязать Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Решением Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. с учетом определения суда об исправлении описки от 06 марта 2013 г. суд обязал Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Также решением суда за М., М.П. признано право на сохранение квартиры <адрес> в перепланированном состоянии со следующими технико-экономическими показателями: общая площадь 36,6 кв. м, жилые комнаты площадью 15,6 и 10,5 кв. м, кухня площадью 10,5 кв. м, коридор площадью 2,1 кв. м. Суд обязал М. и М.П. получить проект и провести соответствующие работы по укреплению самовольно оборудованного дверного проема в задней несущей стене жилого дома. М.П. и М. обязаны самостоятельно, либо за счет собственных денежных средств, произвести снос самовольно возведенной пристройки к задней несущей стене жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> - коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м со стороны входа в квартиру N.
М., М.П. в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Г. в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.
С Г. в пользу М. взысканы судебные расходы в размере 17553 руб.
В апелляционной жалобе М.П. выражает несогласие с решением суда и ставит вопрос об его отмене в части возложения обязанности по сносу пристройки. В доводах жалобы указано, что решение суда вынесено без достаточных оснований, с нарушением и неправильным применением норм материального и процессуального права. Суд при вынесении решения не учел то обстоятельство, что с 2009 г. истцы пользуются пристройкой, в которой размещено газовое оборудование для отопления жилого помещения. Кроме того, Г. не представлено доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что данной пристройкой нарушаются его права.
М. в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, заявленные ею исковые требования удовлетворить, а Г. в удовлетворении исковых требований отказать. Автор жалобы ссылается на то, что решением суда узаконено разрушение памятника истории и культуры, разрешено ответчику осуществление строительных работ без разрешительной документации, признана законной приватизация земли историко-культурного наследия. Суд первой инстанции неправомерно отказал истцам в удовлетворении исковых требований по признанию незаконными ненормативных актов и договора купли-продажи земельного участка, поскольку в решении суда не указан срок, с которого следует исчислять срок исковой давности. М. ссылается также на то, что судом неполно оценены значимые для дела обстоятельства, в частности, факт того, что еще в 2001 г. жилой дом <адрес> был отнесен к объектам культурного наследия и доказательств того, что такой статус у дома утрачен, в материалах дела не имеется. Несправедливым и нарушающим принцип равенства участников гражданских правоотношений гражданского судопроизводства является то, что суд, вынося обжалуемое решение, при наличии у истцов разрешительной и согласованной проектной документации, расценил возведенную пристройку, соответствующую всем строительным нормам и правилам, подлежащей сносу, а строение, возводимое Г. и имеющее признаки самовольной постройки, счел возможным сохранить. При рассмотрении исковых требований в части признания сделки недействительной вместо рассмотрения требований по существу суд ограничился указанием на то, что оснований для признания ненормативных актов незаконными не имеется. Кроме того, в основу решения были положены экспертные заключения содержащие в себе предположения и неполноту. Поскольку земельный участок под жилым домом не сформирован, следовательно, надлежащим истцом по требованию о сносе возведенной истцами пристройки может быть только муниципалитет, так как земельный участок до настоящего времени не входит в состав общего имущества многоквартирного жилого дома. Автор жалобы полагает, что Г., заявляя встречные исковые требования, допустил очередное злоупотребление правом в понимании ст. 10 ГК РФ. При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для отказа истцам в удовлетворении исковых требований, а встречные исковые требования не подлежали удовлетворению.
Г. в возражениях на апелляционную жалобу считает решение суда законным и обоснованным, а доводы жалобы, которые сводятся к несогласию с выводами суда и иной оценки представленных доказательств, надуманными.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб в судебное заседание не явились, не сообщили о причинах не явки и не просили дело слушанием отложить. В связи с чем судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, в соответствии с положениями ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции установлено, что М.П. и М. являются собственниками по 1/2 доли в праве на квартиру <адрес> на основании договора на приватизацию от <дата> Г. являлся собственником квартиры <адрес> на основании договора купли-продажи от <дата> Протоколом общего собрания собственника одноквартирного жилого дома от 02 ноября 2005 г. утвержден способ управления домом - непосредственное управление собственниками. При этом согласно инвентарному делу жилой дом N состоял из литеров А, Г, Е, а также З, З1, З2.
В силу ч. ч. 2 и 3 ст. 16 ЖК РФ жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.
Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.
На основании ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно: 1) помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы); 2) иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий; 3) крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения; 4) земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.
Судебная коллегия считает правильным и обоснованным вывод суда об отказе М.П. в удовлетворении исковых требований в части признания незаконными актов органов местного самоуправления и исполнительной власти, договора купли-продажи земельного участка недействительным. К такому выводу судебная коллегия приходит по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, распоряжением администрации Волжского района г. Саратова от 06 февраля 2006 г. N 75 квартире <адрес> принадлежащей на праве собственности ответчику, присвоен статус жилого дома с адресом <адрес>. Постановлением администрации г. Саратова от <дата> N А МУ ДЕЗ по Волжскому району г. Саратова обязано списать с баланса учреждения жилой дом <адрес> и передать его в управление Г. по акту приема-передачи (том 1 л.д. 130 - 131).
Таким образом, при разрешении возникшего спора установлено, что Г., являясь единственным собственником квартиры <адрес>, стал собственником жилого дома N.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Г., как единственный собственник квартиры, вправе был принимать решение об избрании способа управления. Указанный вывод суда основан на нормах материального права - ст. ст. 37, 45, 48, 161 ЖК РФ. В связи с чем судебная коллегия находит несостоятельными доводы жалобы М. о том, что о проведении общего собрания для избрания способа управления она, как собственник квартиры в жилом доме N, должна была быть извещена.
Согласно пункту 1 ст. 36 ЗК РФ граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с настоящим Кодексом.
В соответствии с пунктом 2 ст. 11 ЗК РФ органами местного самоуправления осуществляется управление и распоряжение земельными участками, находящимися в муниципальной собственности.
<дата> комитетом по управлению имуществом Саратовской области N Г. предоставлен в собственность земельный участок из земель населенных пунктов, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 129 кв. м, занимаемый домовладением, находящимся в собственности ответчика. Также распоряжением Г. обязан установить границы земельного участка и поставить его на кадастровый учет.
По смыслу ст. 36 ЗК РФ при наличии на одном земельном участке объектов недвижимости нескольких собственников, каждый из них имеет право ставить вопрос о выделе соответствующей части земельного участка в самостоятельный участок и о приобретении в собственность или аренду независимо от других лиц, если первоначальный участок делим, образуемые земельные участки превышают минимально допустимые пределы и к ним будет обеспечен доступ от участников общего пользования, в том числе путем установления сервитута.
В случае если земельный участок делим, но собственник объекта недвижимости, чьи права при приватизации участка не были учтены, не готов реализовать предусмотренные ст. 36 ЗК РФ право на приватизацию земельного участка, он вправе ставить вопрос о признании указанной сделки недействительной лишь в отношении части земельного участка, находящейся под его объектом недвижимости и необходимой для использования такового. Публичное образование не вправе оспаривать по названному основанию заключенную сделку приватизации земельного участка, поскольку положения ст. 36 ЗК РФ направлены на защиту интересов частных лиц.
В силу ст. 7 Федерального закона от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" уникальными характеристиками земельного участка, сведения о которых вносятся в государственный кадастр недвижимости, являются кадастровый номер, описание местоположения границ и площадь.
Судом первой инстанции установлено, что 26 декабря 2007 г. во исполнение заочного решения Волжского районного суда г. Саратова от 14 мая 2007 г. между комитетом по управлению имуществом Саратовской области и Г. был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером N площадью 129 кв. м по адресу: <адрес> занимаемый домовладением (том 3 л.д. 24 - 28). Право собственности Г. на жилой дом N <адрес> и земельный участок площадью 129 кв. м под домовладением зарегистрированы в установленном законом порядке.
Судебная коллегия полагает необоснованными доводы жалобы М. о том, что заочным решением Волжского районного суда г. Саратова от 14 мая 2007 г., которым на комитет по управлению имуществом Саратовской области возложена обязанность заключить с Г. договор купли-продажи земельного участка под домовладением <адрес>, разрешен спор о правах другого земельного участка с кадастровым номером N, поскольку доказательств тому, что жилой дом N расположен на земельном участке с указанным кадастровым номером автором жалобы не представлено.
В соответствии с ч. 1 ст. 254 ГПК РФ гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы. Гражданин, организация вправе обратиться непосредственно в суд или в вышестоящий в порядке подчиненности орган государственной власти, орган местного самоуправления, к должностному лицу, государственному или муниципальному служащему.
Верховный Суд Российской Федерации в пункте 15 Постановления Пленума N от <дата> "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" разъясняет, что заявление об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих должно отвечать требованиям, предусмотренным абзацем вторым части 1 статьи 247 и статьей 131 ГПК РФ, в части, не противоречащей особенностям производства по делам данной категории, установленным главами 23 и 25 ГПК РФ. В нем, в частности, должно быть указано, какие решения, действия (бездействие), по мнению заявителя, являются незаконными, какие права и свободы нарушены (осуществлению каких прав и свобод созданы препятствия).
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. N 2, правильное определение вида судопроизводства (исковое или по делам, возникающим из публичных правоотношений), в котором подлежат защите права и свободы гражданина или организации, несогласных с решением, действием (бездействием) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, зависит от характера правоотношений, из которых вытекает требование лица, обратившегося за судебной защитой, а не от избранной им формы обращения в суд (например, подача заявления в порядке, предусмотренном главой 25 ГПК РФ, или подача искового заявления).
Судебная коллегия полагает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что стороной истца не представлено доказательств нарушения прав М.П. оспариваемыми ненормативными актами - распоряжением администрации Волжского района г. Саратова от <дата>, постановлением администрации г. Саратова от <дата>, распоряжением комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований в указанной части у суда первой инстанции не имелось.
Как разъяснено в п. 26 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 N 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении или перерыве течения срока исковой давности, по материалам дела не усматривается. Предусмотренных статьей 205 ГК РФ оснований для восстановления срока исковой давности также не имеется, поскольку доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска срока для обращения в суд, не представлено.
Вывод суда о том, что к данному спору применим срок исковой давности, соответствует нормам материального права. Начало исполнения сделки купли-продажи определяется моментом передачи вещи, а в отношении земельного участка в силу специфики данного объекта недвижимого имущества - моментом подписания акта приема-передачи данного земельного участка.
Судебная коллегия считает, что, разрешая спор в части требования о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, суд первой инстанции, с учетом заявления комитета по управлению имуществом Саратовской области, администрации МО "Город Саратов" о применении исковой давности, правильно отказал в удовлетворении иска, поскольку к моменту предъявления данного требования установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности истек. При этом вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований с применением трехмесячного срока исковой давности не влияет на общие выводы суд об истечении срока.
Довод апелляционной жалобы М. о необоснованном применении судом исковой давности является ошибочным и не соответствует правовому регулированию данного вопроса. Кроме того, М. в соответствии с положениями ст. ст. 3 - 4, 12, 38 - 39, 56, 196, 198 ГПК РФ и принципа диспозитивности гражданского процесса, в соответствии с которыми основание и предмет иска определяется истцом, требования об оспаривании ненормативных актов и признании сделки купли-продажи земельного участка недействительной, не заявлялись, а М.П. в указанной части решение не обжалует.
На основании ст. 3 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" к объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - объекты культурного наследия) в целях настоящего Федерального закона относятся объекты недвижимого имущества со связанными с ними произведениями живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, объектами науки и техники и иными предметами материальной культуры, возникшие в результате исторических событий, представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры.
Судебная коллегия находит несостоятельными доводы жалобы о том, что жилому дому <адрес> был присвоен статус памятника истории и культуры, поскольку они опровергаются материалами дела из которых следует, что такой статус присвоен был в 2001 г. жилому дому N, а жилой дом N был образован только в 2006 г. Также не представлено автором жалобы и доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что в правоустанавливающих документах на домовладение N 86А имеется соответствующая отметка о том, что данный дом является памятником истории и культуры. Кроме того, стороной истца не представлено доказательств тому, что Г. выдавалось охранное свидетельство на жилой дом N.
Также неправомерны доводы жалобы М. о том, что земельный участок под домовладением, принадлежащим на праве собственности Г., относится к категории земли историко-культурного наследия, поскольку доказательств в обоснование этого не представлено.
Из материалов дела следует, что в 2012 г. Г. снес жилой дом N и начал строительство нового дома, право собственности на объект незавершенного строительством жилого дома зарегистрировано за Г. в установленном законом порядке.
Рассматривая исковые требования о сносе незавершенного строительством жилого дома, суд первой инстанции, анализируя положения ст. 222 ГК РФ, с учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащиеся в Определении N 595-О-П от 03 июля 2007 г., а также оценки представленных сторонами доказательств, пришел к выводу, что строящееся жилое здание находится в границах земельного участка, принадлежащего Г. на праве собственности.
Для установления истины по делу, судом была назначена экспертиза, по выводам которой с технической точки зрения строительные конструкции возводимого жилого дома находятся в хорошем состоянии, отсутствует недопустимый риск, связанный с причинением вреда жизни или здоровью граждан вследствие разрушения или потери устойчивости здания, сооружения или их части и соответствует требованиям ст. 7 Федерального закона "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений". На естественное освещение, а точнее на величину КЕО в помещениях дома N строящийся жилой дом не оказывает влияния, так как он расположен не напротив окон дома N, а смещен в сторону <адрес> своим торцом примерно на 2 м от внешнего края окна кухни.
В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.
Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.
Учитывая требования закона, а также установленные судом обстоятельства, судебная коллегия считает, что суд принял необходимые меры для выяснения действительных обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон и на основании надлежащей правовой оценки представленных доказательств, пришел к правильному выводу о том, что исковые требования о сносе незавершенного строительством объекта являются несоразмерными нарушению прав и интересов истцов и могут быть устранены способами, определенными экспертом. Кроме того, М.П., уточняя в порядке ст. 39 ГПК РФ требования, просил обязать ответчика провести работы, направленные на устранение нарушений противопожарной безопасности и определенные в заключении эксперта. В связи с чем суд первой инстанции обоснованно обязал Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Судебная коллегия находит необоснованными доводы жалоб о том, суд первой инстанции отказывая в сносе возводимого Г. строения неправомерно положил в основу заключение эксперта, содержащее в себе предположения и неполноту, поскольку в судебном заседании истцами ходатайство о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявлялось. Кроме того, в заключении экспертами отражены все ответы на поставленные вопросы. При этом для выяснения вопросов, возникших после ознакомления с заключением в суд первой инстанции, был вызваны и допрошены эксперты С., Я., Г.А.
Заключение экспертизы, проведенной по определению, суд признал обоснованным. Все представленные доказательства судом оценены по правилам ст. ст. 55, 67 ГПК РФ. Повода для иной оценки доказательств в указанной части судебная коллегия не усматривает.
В пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.
Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.
Судебная коллегия находит правомерным вывод суда первой инстанции о том, что законных оснований для исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности Г. на земельный участок не имеется.
Как установлено в судебном заседании, Г. на праве собственности принадлежит нежилое помещение площадью 92,6 кв. м, расположенное по адресу: <...> литер А.
Из материалов дела следует, что М.П. и М. осуществили перепланировку квартиры <адрес> и осуществили пристройку к несущей стене указанного дома, состоящую из коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м.
Суд первой инстанции в соответствии с положениями ст. ст. 25, 29 ЖК РФ сохранил квартиру <адрес> в перепланированном состоянии со следующими технико-экономическими показателями - общая площадь 36,6 кв. м, жилые комнаты площадью 15,6 и 10,5 кв. м, кухня площадью 10,5 кв. м, коридор площадью 2,1 кв. м. В указанной части решение суда не обжалуется.
Необоснованными судебная коллегия находит доводы жалобы М.П. о том, что в судебном заседании не установлены обстоятельства того, что дверной проем, который оборудован вместо окна в несущей стене квартиры, не усилен, поскольку это опровергается заключением эксперта. В связи с чем суд первой инстанции правомерно возложил на истцов обязанность по получению проекта по укреплению дверного проема и проведению соответствующих работ.
Вместе с тем выводы суда об удовлетворении требования Г. в части возложения на М. и М.П. обязанности по сносу пристройки, судебная коллегия находит ошибочными по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, инвентарного дела БТИ, вход в квартиру N был оборудован крыльцом и сенями, которые были разрушены и на их месте возведена пристройка. Данные обстоятельства не оспаривались сторонами и в суде апелляционной инстанции.
Основанием требований Г. о сносе пристройки явилось то, что согласие на проведение строительных работ по сооружению у него как у собственника нежилого помещения в доме N М.П. и М. согласия не получали, тем самым нарушив его право. Вместе с тем доказательств этому Г. ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено. Также судебная коллегия считает, что стороной истца не представлено суду доказательств того, что М.П. и М., осуществив строительство пристройки, вышли за границы сеней и крыльца, которые до сноса являлись входом в квартиру N.
Кроме того, земельный участок, на котором были расположены сени, а впоследствии и пристройка, использовался только М.П. и М., поскольку там имеется вход в квартиру и иных помещений общего пользования нет.
Верховный Суд Российской Федерации и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 67 Постановления Пленума от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснили, что если земельный участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, земля под многоквартирным домом находится в собственности соответствующего публично-правового образования.
Материалы гражданского дела не содержат сведений о том, что земельный участок, расположенный под многоквартирным жилым домом N сформирован, поставлен на кадастровый учет и определены доли собственников в праве на земельный участок. При таких обстоятельствах, с учетом того, что Г. не представлено доказательств нарушения его прав пристройкой.
На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что неправильное определение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), несоответствие выводов суда первой инстанции, обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), а также в связи с неправильным применением норм материального права (п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ) повлекло за собой ошибочный вывод суда об удовлетворении исковых требований Г. в части возложения на М.П. и М. обязанности по сносу пристройки. В связи с чем решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием нового решения об отказе Г. в удовлетворении исковых требований в указанной части.
Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. в части возложения на М., М.П. произвести снос самовольно возведенной пристройки к задней несущей стене жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> (коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м) отменить. Принять в указанной части новое решение, которым Г. в удовлетворении исковых требований к М., М.П. о сносе самовольно возведенной пристройки отказать.
В остальной части решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы М., М.П. - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ САРАТОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 24.04.2013 ПО ДЕЛУ N 33-1944
Разделы:Купля-продажа земли; Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
САРАТОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 апреля 2013 г. по делу N 33-1944
Судья: Ефимкина Ю.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе
председательствующего Елкановой И.А.,
судей Мележик Л.М., Ефимовой И.В.,
при секретаре Ш.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Мележик Л.М. гражданское дело по иску М., М.П. к Г., администрации муниципального образования "Город Саратов", администрации Волжского района муниципального образования "Город Саратов", комитету по управлению имуществом Саратовской области о запрете деятельности по строительству, о сохранении жилого помещения в перепланированном состоянии, об оспаривании ненормативных актов органа местного самоуправления и исполнительной власти, признании договора купли-продажи земельного участка недействительным, по встречному иску Г. к М., М.П. о сносе самовольного строения, приведении жилого помещения в первоначальное состояние, по апелляционным жалобам М., М.П. на решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г., которым исковые требования М., М.П. и встречные исковые требования Г. удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи, объяснения представителей М.П. - адвоката Синельникова М.В., А., представителя М. - Г.В., поддержавших доводы жалоб, представителя Г. - адвоката Парфеновой Ю.Ю., возражавшей против отмены решения суда, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия
установила:
М., М.П., с учетом уточненных исковых требований, обратились в суд к Г., администрации муниципального образования "Город Саратов", администрации Волжского района муниципального образования "Город Саратов", комитету по управлению имуществом Саратовской области о запрете деятельности по строительству, о сохранении жилого помещения в перепланированном состоянии. В обоснование заявленных требований ссылались на то, что являются сособственниками по 1/2 доли в праве на квартиру <адрес>. Квартира N в этом же доме (литер Г) принадлежала на праве собственности Г. Оба литера одного дома были соединены аркой и находились на одном земельном участке. В 2012 г. ответчик осуществил снос квартиры N и начал строительство. При этом строительная площадка огорожена забором, в связи с чем выход из квартиры истцов затруднен. Из-за сноса арки между литерами А и Г которая выполняла функцию поддержки строения, началось разрушение жилого дома, в котором находится квартира истцов. Г. осуществляет работы без соответствующего разрешения, нормы и правила им не соблюдаются, поскольку расстояние от котлована до крыльца дома, принадлежащего истцам - 1 м, высота вновь возводимого строения - 3 этажа. В связи с тем, что жилой дом <адрес> признан памятником истории и культуры, ответчик не вправе был осуществлять его частичный снос.
М., М.П. просили суд запретить деятельность по строительству, которая осуществляется ответчиком на общем земельном участке, обязать Г. восстановить положение, существовавшее до нарушения права - восстановить арку между литерами А и Г, засыпать котлован.
В ходе рассмотрения дела М.П., уточнив исковые требования, указал, что 06 февраля 2006 г. администрацией Волжского района г. Саратова было издано распоряжение "О присвоении квартире, расположенной по адресу: <адрес> статуса отдельного дома". По мнению М.П., полномочий по отчуждению муниципальной собственности у администрации не имелось. Далее администрация г. Саратова постановлением N 46 А от 26 февраля 2006 г. списала литер Г дома N и передала его в управление Г. на основании протокола общего собрания собственников жилого дома о выборе способа управления жилым домом. Однако собственники жилого дома <адрес> на указанное собрание не приглашались. Действия администраций по принятию ненормативных актов являются незаконными и нарушающими права истца, поскольку в результате вынесенных постановлений Г. стал собственником жилого дома с другим адресом, фактически и юридически изменив состав домовладения N. Распоряжением комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> Г. предоставлен в собственность земельный участок площадью 129 кв. м, расположенный под жилым домом N А, на основании которого с ответчиком был заключен договор купли-продажи. Вместе с тем указанное распоряжение вынесено в нарушение закона, поскольку выделение земельного участка, предоставленного ответчику, произошло из земельного участка площадью 21985 кв. м, сформированного под домовладением <адрес> и находящимся в общей долевой собственности всех собственников квартир в жилом доме N.
М.П. просил признать недействительным распоряжение администрации Волжского района г. Саратова от 06 февраля 2006 г. "О присвоении квартире, расположенной по адресу: <адрес> статуса отдельного дома"; признать недействительным постановление администрации г. Саратова от 26 февраля 2006 г. N 46 А "О списании с баланса МУ ДЕЗ по Волжскому району г. Саратова" жилого <адрес>"; признать недействительным распоряжение комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> N Т-2305-р о предоставлении Г. земельного участка площадью 129 кв. м в собственность; признать недействительным договор купли-продажи земельного участка N, заключенный между комитетом по управлению имуществом Саратовской области и Г. и привести стороны в первоначальное положение; исключить из ЕГРП сведения о регистрации права собственности Г. на земельный участок с кадастровым номером N площадью 129 кв. м, расположенный по адресу: <адрес> <адрес>.
М.П., с учетом уточненных исковых требований, просил также обязать ответчика снести самовольно возведенное строение, обязать Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Решением Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. с учетом определения суда об исправлении описки от 06 марта 2013 г. суд обязал Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Также решением суда за М., М.П. признано право на сохранение квартиры <адрес> в перепланированном состоянии со следующими технико-экономическими показателями: общая площадь 36,6 кв. м, жилые комнаты площадью 15,6 и 10,5 кв. м, кухня площадью 10,5 кв. м, коридор площадью 2,1 кв. м. Суд обязал М. и М.П. получить проект и провести соответствующие работы по укреплению самовольно оборудованного дверного проема в задней несущей стене жилого дома. М.П. и М. обязаны самостоятельно, либо за счет собственных денежных средств, произвести снос самовольно возведенной пристройки к задней несущей стене жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> - коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м со стороны входа в квартиру N.
М., М.П. в удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Г. в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано.
С Г. в пользу М. взысканы судебные расходы в размере 17553 руб.
В апелляционной жалобе М.П. выражает несогласие с решением суда и ставит вопрос об его отмене в части возложения обязанности по сносу пристройки. В доводах жалобы указано, что решение суда вынесено без достаточных оснований, с нарушением и неправильным применением норм материального и процессуального права. Суд при вынесении решения не учел то обстоятельство, что с 2009 г. истцы пользуются пристройкой, в которой размещено газовое оборудование для отопления жилого помещения. Кроме того, Г. не представлено доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что данной пристройкой нарушаются его права.
М. в апелляционной жалобе просит решение суда отменить, заявленные ею исковые требования удовлетворить, а Г. в удовлетворении исковых требований отказать. Автор жалобы ссылается на то, что решением суда узаконено разрушение памятника истории и культуры, разрешено ответчику осуществление строительных работ без разрешительной документации, признана законной приватизация земли историко-культурного наследия. Суд первой инстанции неправомерно отказал истцам в удовлетворении исковых требований по признанию незаконными ненормативных актов и договора купли-продажи земельного участка, поскольку в решении суда не указан срок, с которого следует исчислять срок исковой давности. М. ссылается также на то, что судом неполно оценены значимые для дела обстоятельства, в частности, факт того, что еще в 2001 г. жилой дом <адрес> был отнесен к объектам культурного наследия и доказательств того, что такой статус у дома утрачен, в материалах дела не имеется. Несправедливым и нарушающим принцип равенства участников гражданских правоотношений гражданского судопроизводства является то, что суд, вынося обжалуемое решение, при наличии у истцов разрешительной и согласованной проектной документации, расценил возведенную пристройку, соответствующую всем строительным нормам и правилам, подлежащей сносу, а строение, возводимое Г. и имеющее признаки самовольной постройки, счел возможным сохранить. При рассмотрении исковых требований в части признания сделки недействительной вместо рассмотрения требований по существу суд ограничился указанием на то, что оснований для признания ненормативных актов незаконными не имеется. Кроме того, в основу решения были положены экспертные заключения содержащие в себе предположения и неполноту. Поскольку земельный участок под жилым домом не сформирован, следовательно, надлежащим истцом по требованию о сносе возведенной истцами пристройки может быть только муниципалитет, так как земельный участок до настоящего времени не входит в состав общего имущества многоквартирного жилого дома. Автор жалобы полагает, что Г., заявляя встречные исковые требования, допустил очередное злоупотребление правом в понимании ст. 10 ГК РФ. При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для отказа истцам в удовлетворении исковых требований, а встречные исковые требования не подлежали удовлетворению.
Г. в возражениях на апелляционную жалобу считает решение суда законным и обоснованным, а доводы жалобы, которые сводятся к несогласию с выводами суда и иной оценки представленных доказательств, надуманными.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения апелляционных жалоб в судебное заседание не явились, не сообщили о причинах не явки и не просили дело слушанием отложить. В связи с чем судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, в соответствии с положениями ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции установлено, что М.П. и М. являются собственниками по 1/2 доли в праве на квартиру <адрес> на основании договора на приватизацию от <дата> Г. являлся собственником квартиры <адрес> на основании договора купли-продажи от <дата> Протоколом общего собрания собственника одноквартирного жилого дома от 02 ноября 2005 г. утвержден способ управления домом - непосредственное управление собственниками. При этом согласно инвентарному делу жилой дом N состоял из литеров А, Г, Е, а также З, З1, З2.
В силу ч. ч. 2 и 3 ст. 16 ЖК РФ жилым домом признается индивидуально-определенное здание, которое состоит из комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.
Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.
На основании ст. 36 ЖК РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно: 1) помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы); 2) иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий; 3) крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения; 4) земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты. Границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.
Судебная коллегия считает правильным и обоснованным вывод суда об отказе М.П. в удовлетворении исковых требований в части признания незаконными актов органов местного самоуправления и исполнительной власти, договора купли-продажи земельного участка недействительным. К такому выводу судебная коллегия приходит по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, распоряжением администрации Волжского района г. Саратова от 06 февраля 2006 г. N 75 квартире <адрес> принадлежащей на праве собственности ответчику, присвоен статус жилого дома с адресом <адрес>. Постановлением администрации г. Саратова от <дата> N А МУ ДЕЗ по Волжскому району г. Саратова обязано списать с баланса учреждения жилой дом <адрес> и передать его в управление Г. по акту приема-передачи (том 1 л.д. 130 - 131).
Таким образом, при разрешении возникшего спора установлено, что Г., являясь единственным собственником квартиры <адрес>, стал собственником жилого дома N.
Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что Г., как единственный собственник квартиры, вправе был принимать решение об избрании способа управления. Указанный вывод суда основан на нормах материального права - ст. ст. 37, 45, 48, 161 ЖК РФ. В связи с чем судебная коллегия находит несостоятельными доводы жалобы М. о том, что о проведении общего собрания для избрания способа управления она, как собственник квартиры в жилом доме N, должна была быть извещена.
Согласно пункту 1 ст. 36 ЗК РФ граждане и юридические лица, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают права на эти земельные участки в соответствии с настоящим Кодексом.
В соответствии с пунктом 2 ст. 11 ЗК РФ органами местного самоуправления осуществляется управление и распоряжение земельными участками, находящимися в муниципальной собственности.
<дата> комитетом по управлению имуществом Саратовской области N Г. предоставлен в собственность земельный участок из земель населенных пунктов, расположенный по адресу: <адрес>, площадью 129 кв. м, занимаемый домовладением, находящимся в собственности ответчика. Также распоряжением Г. обязан установить границы земельного участка и поставить его на кадастровый учет.
По смыслу ст. 36 ЗК РФ при наличии на одном земельном участке объектов недвижимости нескольких собственников, каждый из них имеет право ставить вопрос о выделе соответствующей части земельного участка в самостоятельный участок и о приобретении в собственность или аренду независимо от других лиц, если первоначальный участок делим, образуемые земельные участки превышают минимально допустимые пределы и к ним будет обеспечен доступ от участников общего пользования, в том числе путем установления сервитута.
В случае если земельный участок делим, но собственник объекта недвижимости, чьи права при приватизации участка не были учтены, не готов реализовать предусмотренные ст. 36 ЗК РФ право на приватизацию земельного участка, он вправе ставить вопрос о признании указанной сделки недействительной лишь в отношении части земельного участка, находящейся под его объектом недвижимости и необходимой для использования такового. Публичное образование не вправе оспаривать по названному основанию заключенную сделку приватизации земельного участка, поскольку положения ст. 36 ЗК РФ направлены на защиту интересов частных лиц.
В силу ст. 7 Федерального закона от 24 июля 2007 г. N 221-ФЗ "О государственном кадастре недвижимости" уникальными характеристиками земельного участка, сведения о которых вносятся в государственный кадастр недвижимости, являются кадастровый номер, описание местоположения границ и площадь.
Судом первой инстанции установлено, что 26 декабря 2007 г. во исполнение заочного решения Волжского районного суда г. Саратова от 14 мая 2007 г. между комитетом по управлению имуществом Саратовской области и Г. был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером N площадью 129 кв. м по адресу: <адрес> занимаемый домовладением (том 3 л.д. 24 - 28). Право собственности Г. на жилой дом N <адрес> и земельный участок площадью 129 кв. м под домовладением зарегистрированы в установленном законом порядке.
Судебная коллегия полагает необоснованными доводы жалобы М. о том, что заочным решением Волжского районного суда г. Саратова от 14 мая 2007 г., которым на комитет по управлению имуществом Саратовской области возложена обязанность заключить с Г. договор купли-продажи земельного участка под домовладением <адрес>, разрешен спор о правах другого земельного участка с кадастровым номером N, поскольку доказательств тому, что жилой дом N расположен на земельном участке с указанным кадастровым номером автором жалобы не представлено.
В соответствии с ч. 1 ст. 254 ГПК РФ гражданин, организация вправе оспорить в суде решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если считают, что нарушены их права и свободы. Гражданин, организация вправе обратиться непосредственно в суд или в вышестоящий в порядке подчиненности орган государственной власти, орган местного самоуправления, к должностному лицу, государственному или муниципальному служащему.
Верховный Суд Российской Федерации в пункте 15 Постановления Пленума N от <дата> "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" разъясняет, что заявление об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных или муниципальных служащих должно отвечать требованиям, предусмотренным абзацем вторым части 1 статьи 247 и статьей 131 ГПК РФ, в части, не противоречащей особенностям производства по делам данной категории, установленным главами 23 и 25 ГПК РФ. В нем, в частности, должно быть указано, какие решения, действия (бездействие), по мнению заявителя, являются незаконными, какие права и свободы нарушены (осуществлению каких прав и свобод созданы препятствия).
Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. N 2, правильное определение вида судопроизводства (исковое или по делам, возникающим из публичных правоотношений), в котором подлежат защите права и свободы гражданина или организации, несогласных с решением, действием (бездействием) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, зависит от характера правоотношений, из которых вытекает требование лица, обратившегося за судебной защитой, а не от избранной им формы обращения в суд (например, подача заявления в порядке, предусмотренном главой 25 ГПК РФ, или подача искового заявления).
Судебная коллегия полагает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что стороной истца не представлено доказательств нарушения прав М.П. оспариваемыми ненормативными актами - распоряжением администрации Волжского района г. Саратова от <дата>, постановлением администрации г. Саратова от <дата>, распоряжением комитета по управлению имуществом Саратовской области от <дата> При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований в указанной части у суда первой инстанции не имелось.
Как разъяснено в п. 26 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 N 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.
Обстоятельств, свидетельствующих о приостановлении или перерыве течения срока исковой давности, по материалам дела не усматривается. Предусмотренных статьей 205 ГК РФ оснований для восстановления срока исковой давности также не имеется, поскольку доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска срока для обращения в суд, не представлено.
Вывод суда о том, что к данному спору применим срок исковой давности, соответствует нормам материального права. Начало исполнения сделки купли-продажи определяется моментом передачи вещи, а в отношении земельного участка в силу специфики данного объекта недвижимого имущества - моментом подписания акта приема-передачи данного земельного участка.
Судебная коллегия считает, что, разрешая спор в части требования о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка, суд первой инстанции, с учетом заявления комитета по управлению имуществом Саратовской области, администрации МО "Город Саратов" о применении исковой давности, правильно отказал в удовлетворении иска, поскольку к моменту предъявления данного требования установленный пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности истек. При этом вывод суда первой инстанции об отказе в удовлетворении требований с применением трехмесячного срока исковой давности не влияет на общие выводы суд об истечении срока.
Довод апелляционной жалобы М. о необоснованном применении судом исковой давности является ошибочным и не соответствует правовому регулированию данного вопроса. Кроме того, М. в соответствии с положениями ст. ст. 3 - 4, 12, 38 - 39, 56, 196, 198 ГПК РФ и принципа диспозитивности гражданского процесса, в соответствии с которыми основание и предмет иска определяется истцом, требования об оспаривании ненормативных актов и признании сделки купли-продажи земельного участка недействительной, не заявлялись, а М.П. в указанной части решение не обжалует.
На основании ст. 3 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" к объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - объекты культурного наследия) в целях настоящего Федерального закона относятся объекты недвижимого имущества со связанными с ними произведениями живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, объектами науки и техники и иными предметами материальной культуры, возникшие в результате исторических событий, представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры.
Судебная коллегия находит несостоятельными доводы жалобы о том, что жилому дому <адрес> был присвоен статус памятника истории и культуры, поскольку они опровергаются материалами дела из которых следует, что такой статус присвоен был в 2001 г. жилому дому N, а жилой дом N был образован только в 2006 г. Также не представлено автором жалобы и доказательств, подтверждающих то обстоятельство, что в правоустанавливающих документах на домовладение N 86А имеется соответствующая отметка о том, что данный дом является памятником истории и культуры. Кроме того, стороной истца не представлено доказательств тому, что Г. выдавалось охранное свидетельство на жилой дом N.
Также неправомерны доводы жалобы М. о том, что земельный участок под домовладением, принадлежащим на праве собственности Г., относится к категории земли историко-культурного наследия, поскольку доказательств в обоснование этого не представлено.
Из материалов дела следует, что в 2012 г. Г. снес жилой дом N и начал строительство нового дома, право собственности на объект незавершенного строительством жилого дома зарегистрировано за Г. в установленном законом порядке.
Рассматривая исковые требования о сносе незавершенного строительством жилого дома, суд первой инстанции, анализируя положения ст. 222 ГК РФ, с учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, содержащиеся в Определении N 595-О-П от 03 июля 2007 г., а также оценки представленных сторонами доказательств, пришел к выводу, что строящееся жилое здание находится в границах земельного участка, принадлежащего Г. на праве собственности.
Для установления истины по делу, судом была назначена экспертиза, по выводам которой с технической точки зрения строительные конструкции возводимого жилого дома находятся в хорошем состоянии, отсутствует недопустимый риск, связанный с причинением вреда жизни или здоровью граждан вследствие разрушения или потери устойчивости здания, сооружения или их части и соответствует требованиям ст. 7 Федерального закона "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений". На естественное освещение, а точнее на величину КЕО в помещениях дома N строящийся жилой дом не оказывает влияния, так как он расположен не напротив окон дома N, а смещен в сторону <адрес> своим торцом примерно на 2 м от внешнего края окна кухни.
В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.
Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.
Учитывая требования закона, а также установленные судом обстоятельства, судебная коллегия считает, что суд принял необходимые меры для выяснения действительных обстоятельств дела, прав и обязанностей сторон и на основании надлежащей правовой оценки представленных доказательств, пришел к правильному выводу о том, что исковые требования о сносе незавершенного строительством объекта являются несоразмерными нарушению прав и интересов истцов и могут быть устранены способами, определенными экспертом. Кроме того, М.П., уточняя в порядке ст. 39 ГПК РФ требования, просил обязать ответчика провести работы, направленные на устранение нарушений противопожарной безопасности и определенные в заключении эксперта. В связи с чем суд первой инстанции обоснованно обязал Г. заложить имеющиеся в незавершенном строительством жилом доме оконные и дверные проемы в наружной стене, обращенной в сторону жилого дома <адрес>; обработать деревянные элементы крыши противопожарными пропитками; применить основные строительные конструкции с пределами огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требованиям огнестойкости и классами пожарной опасности, соответствующие требуемым степени огнестойкости и классу конструктивной пожарной опасности зданий и сооружений, а также с ограничением пожарной опасности поверхностных слоев (отделок, облицовок, средств огнезащиты) строительных конструкций на путях эвакуации; применить огнезащитные составы (в том числе антипирены и огнезащитные краски) и строительные материалы (облицовка) для повышения пределов огнестойкости строительных конструкций.
Судебная коллегия находит необоснованными доводы жалоб о том, суд первой инстанции отказывая в сносе возводимого Г. строения неправомерно положил в основу заключение эксперта, содержащее в себе предположения и неполноту, поскольку в судебном заседании истцами ходатайство о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявлялось. Кроме того, в заключении экспертами отражены все ответы на поставленные вопросы. При этом для выяснения вопросов, возникших после ознакомления с заключением в суд первой инстанции, был вызваны и допрошены эксперты С., Я., Г.А.
Заключение экспертизы, проведенной по определению, суд признал обоснованным. Все представленные доказательства судом оценены по правилам ст. ст. 55, 67 ГПК РФ. Повода для иной оценки доказательств в указанной части судебная коллегия не усматривает.
В пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (далее - Закон о регистрации) государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.
Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.
В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.
Судебная коллегия находит правомерным вывод суда первой инстанции о том, что законных оснований для исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним права собственности Г. на земельный участок не имеется.
Как установлено в судебном заседании, Г. на праве собственности принадлежит нежилое помещение площадью 92,6 кв. м, расположенное по адресу: <...> литер А.
Из материалов дела следует, что М.П. и М. осуществили перепланировку квартиры <адрес> и осуществили пристройку к несущей стене указанного дома, состоящую из коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м.
Суд первой инстанции в соответствии с положениями ст. ст. 25, 29 ЖК РФ сохранил квартиру <адрес> в перепланированном состоянии со следующими технико-экономическими показателями - общая площадь 36,6 кв. м, жилые комнаты площадью 15,6 и 10,5 кв. м, кухня площадью 10,5 кв. м, коридор площадью 2,1 кв. м. В указанной части решение суда не обжалуется.
Необоснованными судебная коллегия находит доводы жалобы М.П. о том, что в судебном заседании не установлены обстоятельства того, что дверной проем, который оборудован вместо окна в несущей стене квартиры, не усилен, поскольку это опровергается заключением эксперта. В связи с чем суд первой инстанции правомерно возложил на истцов обязанность по получению проекта по укреплению дверного проема и проведению соответствующих работ.
Вместе с тем выводы суда об удовлетворении требования Г. в части возложения на М. и М.П. обязанности по сносу пристройки, судебная коллегия находит ошибочными по следующим основаниям.
Как следует из материалов дела, инвентарного дела БТИ, вход в квартиру N был оборудован крыльцом и сенями, которые были разрушены и на их месте возведена пристройка. Данные обстоятельства не оспаривались сторонами и в суде апелляционной инстанции.
Основанием требований Г. о сносе пристройки явилось то, что согласие на проведение строительных работ по сооружению у него как у собственника нежилого помещения в доме N М.П. и М. согласия не получали, тем самым нарушив его право. Вместе с тем доказательств этому Г. ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено. Также судебная коллегия считает, что стороной истца не представлено суду доказательств того, что М.П. и М., осуществив строительство пристройки, вышли за границы сеней и крыльца, которые до сноса являлись входом в квартиру N.
Кроме того, земельный участок, на котором были расположены сени, а впоследствии и пристройка, использовался только М.П. и М., поскольку там имеется вход в квартиру и иных помещений общего пользования нет.
Верховный Суд Российской Федерации и Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в пункте 67 Постановления Пленума от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснили, что если земельный участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, земля под многоквартирным домом находится в собственности соответствующего публично-правового образования.
Материалы гражданского дела не содержат сведений о том, что земельный участок, расположенный под многоквартирным жилым домом N сформирован, поставлен на кадастровый учет и определены доли собственников в праве на земельный участок. При таких обстоятельствах, с учетом того, что Г. не представлено доказательств нарушения его прав пристройкой.
На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о том, что неправильное определение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), несоответствие выводов суда первой инстанции, обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ), а также в связи с неправильным применением норм материального права (п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ) повлекло за собой ошибочный вывод суда об удовлетворении исковых требований Г. в части возложения на М.П. и М. обязанности по сносу пристройки. В связи с чем решение суда в указанной части подлежит отмене с принятием нового решения об отказе Г. в удовлетворении исковых требований в указанной части.
Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. в части возложения на М., М.П. произвести снос самовольно возведенной пристройки к задней несущей стене жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> (коридора площадью 1,7 кв. м, котельной площадью 3,0 кв. м) отменить. Принять в указанной части новое решение, которым Г. в удовлетворении исковых требований к М., М.П. о сносе самовольно возведенной пристройки отказать.
В остальной части решение Волжского районного суда г. Саратова от 12 ноября 2012 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы М., М.П. - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)