Судебные решения, арбитраж
Землепользование (аренда земли); Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Мучкинов М.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия в составе:
председательствующего Пюрвеевой А.А.
судей Шовгуровой Т.А. и Цакировой О.В.
при секретаре Б.А.
рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению И. к Б.Ю., Б.В. о признании недействительным договора дарения земельного участка, жилого дома и применении последствий недействительности сделки по апелляционной жалобе представителя истца Ш. на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года.
Заслушав доклад судьи Цакировой О.В., объяснения представителя истицы Ш., поддержавшего доводы жалобы, возражения Б.В., его представителя С., третьего лица на стороне ответчика М.С.Г., ее представителя М.Б., судебная коллегия
установила:
И. обратилась в суд с указанным иском, мотивируя следующим. <..> сентября 2000 года она заключила брак с Б.Ю. После заключения брака ими был составлен брачный договор. Согласно пункту 1.3 брачного договора имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является их общей совместной собственностью. В 2003 году Б.Ю. унаследовал после смерти матери жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <.........>, <...............>, <...>. На основании брачного договора на данную недвижимость должен распространяться режим совместной собственности. Однако в декабре 2011 года ей стало известно о том, что супруг без ее согласия обманным путем совершил сделку, по договору дарения безвозмездно передал сыну Б.В. вышеуказанные дом и земельный участок. Ссылаясь на нормы Гражданского кодекса РФ, Семейного кодекса РФ просила признать недействительным указанный договор дарения земельного участка, площадью <...> кв. м и одноэтажного жилого дома, общей площадью <...> кв. м, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В., применить последствия недействительности данного договора дарения, возвратить земельный участок с жилым домом Б.Ю.
В судебном заседании представитель истца Ш. исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ответчика Б.Ю. - Б.Н. исковые требования признал, просил их удовлетворить.
Представитель ответчика Б.В. - С. исковые требования не признала, заявила о пропуске срока исковой давности, просила применить последствия пропуска указанного процессуального срока.
Представитель третьего лица М.С.Г. - М.С.Б. просила в удовлетворении исковых требований отказать.
Истец И., ответчики Б.Ю. и Б.В., представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РК, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.
Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года исковое заявление И. к Б.Ю., Б.В. о признании недействительным договора дарения земельного участка, жилого дома и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения.
Представителем истца И. - Ш. на решение суда подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда отменить и вынести новое решение об удовлетворении иска. Указывает, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что решение суда подлежит отмене в связи с неправильным применением норм материального и процессуального права по следующим основаниям.
Судом первой инстанции установлено, что И. и Б.Ю. состоят в браке, зарегистрированном <...> сентября 2000 года.
<...> ноября 2000 года они заключили брачный договор, удостоверенный нотариусом, по условиям которого имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является общей совместной собственностью супругов.
В июне 2003 года Б.Ю. получил в порядке наследования после смерти его матери земельный участок и жилой дом, расположенные в <.........>, <.........>, <...>.
07 мая 2005 года Б.Ю. выдал доверенность своей сестре Н.Н.В., которая, действуя от имени и в интересах Б.Ю., 30 июня 2005 года по договору дарения безвозмездно передала спорное домовладение Б.В.
27 июля 2012 года Б.В. по договору купли-продажи передал спорное домовладение М.С.Г.
Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд исходил из того, что положения брачного договора, заключенного истицей и ответчиком, согласно которому имущество, полученное в порядке наследования одним из супругов в период брака будет являться их общей совместной собственностью, ставит ответчика Б.Ю. в крайне неблагоприятное положение и противоречит основным началам семейного законодательства. Кроме того, сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению их общим имуществом, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. Поскольку доказательств того, что Б.Ю. знал или заведомо должен был знать о несогласии супруги на совершение дарения унаследованного им имущества, истица не представила, то договор дарения не может быть признан недействительным по этим основаниям. Истицей не представлены суду доказательства уважительности причин пропуска срока обращения в суд.
Указанные выводы суда, как противоречащие нормам материального права, являются незаконными, а потому решение суда подлежит отмене.
Согласно п. 1 ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
По ст. 40, ч. 1 ст. 42 Семейного кодекса РФ брачным договором признается соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной собственности на все имущество супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.
В соответствии с п. 3 ст. 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.
Вместе с тем п. 4 ст. 253 ГК РФ установлено, что правила этой статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности ГК РФ или другими законами не установлено иное.
В частности, иные, то есть отличные от п. 3 ст. 253 ГК РФ, правила распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, устанавливает п. 3 ст. 35 СК РФ для сделок с недвижимостью и сделок, требующих нотариального удостоверения и (или) регистрации, если их предметом является совместная собственность супругов.
П. 3 ст. 35 СК РФ прямо указывает, что в случаях совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимым имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Абз. 2 п. 3 ст. 35 СК РФ предусмотрено, что супруг, чье нотариальное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
Данной нормой закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.
В исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде истица, ее представитель в обоснование требований о признании недействительным договора дарения домовладения и применении последствий недействительности этой сделки ссылались на то, что о состоявшейся сделке она не знала, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с п. 3 ст. 35 СК РФ супругу не давала. Спорное домовладение, на которое истица имела право в силу ст. ст. 34, 40, 42 СК РФ как на общее совместное имущество супругов, против воли выбыло из ее владения.
Однако суд первой инстанции при разрешении дела не применил к возникшему спору нормы п. 3 ст. 35 СК РФ, а руководствовался положениями п. 2 ст. 35 СК РФ, что нельзя признать правильным. Судом не учтено, что нормы п. 3 ст. 35 СК РФ не противоречат ГК РФ, поскольку в п. 4 ст. 253 ГК РФ говорится о возможности установления отличного от ГК РФ режима владения, пользования и распоряжения совместной собственностью. Обстоятельств, которые позволили бы суду не применять нормы п. 3 ст. 35 СК РФ, в ГК РФ и СК РФ не приводится. Следовательно, применение этих норм, с учетом характера заявленных истицей требований, является обязательным.
Исходя из изложенного, решение суда первой инстанции нельзя признать законным. Оно принято с нарушением норм материального права, что является основанием для его отмены.
Несостоятельным является довод представителя Б.В. С. о пропуске истицей срока обращения в суд. Судом первой инстанции установлено, что истица узнала о состоявшейся сделке в декабре 2011 года, в суд с настоящим иском она обратилась в июле 2012 года, то есть в пределах годичного срока, установленного законом.
В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлено доказательств пропуска истицей указанного срока.
Апелляционная инстанция критически относится к доводу М.Б. представителя третьего лица М.С.Г. о недействительности брака И. и Б.Ю.
В силу п. 2 ст. 27 СК РФ признание брака недействительным производится судом, то есть брак признается недействительным только по решению суда, вступившему в законную силу. При рассмотрении данного спора суд исходит из действительности зарегистрированного брака сторон и действительности заключенного между ними брачного договора.
С учетом требований вышеизложенных правовых норм, при таких обстоятельствах дела заявленные исковые требования в части признания договора дарения спорного домовладения, заключенного 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В. подлежат удовлетворению.
Вместе с тем, истицей заявлены и требования о применении последствий недействительности данного договора дарения, возвратить земельный участок с жилым домом Б.Ю.
Однако судом первой инстанции установлено, что Б.В. 27 июля 2012 года по договору купли-продажи продал это домовладение М.С.Г., уплатившей за него продавцу <......> рублей. Право собственности М.С.Г. на указанную недвижимость зарегистрировано в установленном законом порядке.
По мнению суда второй инстанции, М.С.Г. является добросовестным приобретателем спорного имущества.
В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП.
Поскольку добросовестный приобретатель становится собственником недвижимого имущества с момента государственной регистрации в ЕГРП, первоначальный собственник не вправе истребовать имущество из его владения.
Следовательно, заявленные исковые требования в части возврата сторон в первоначальное состояние, не подлежат удовлетворению.
Вместе с тем, истец в дальнейшем вправе избрать по своему усмотрению иной способ защиты своих прав, предусмотренный ст. 12 ГК РФ.
Руководствуясь статьями 328 и 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия
определила:
Решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года отменить.
Признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <.........>, <.........>, <...>, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В.
Отказать в удовлетворении требований о возврате в первоначальное положение сторон договора дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <.......>, <.......>, <...>, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В.
Председательствующий
А.А.ПЮРВЕЕВА
Судьи
Т.А.ШОВГУРОВА
О.В.ЦАКИРОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КАЛМЫКИЯ ОТ 26.02.2013 ПО ДЕЛУ N 33-381/2013
Разделы:Землепользование (аренда земли); Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАЛМЫКИЯ
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 26 февраля 2013 г. по делу N 33-381/2013
Судья: Мучкинов М.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия в составе:
председательствующего Пюрвеевой А.А.
судей Шовгуровой Т.А. и Цакировой О.В.
при секретаре Б.А.
рассмотрела в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению И. к Б.Ю., Б.В. о признании недействительным договора дарения земельного участка, жилого дома и применении последствий недействительности сделки по апелляционной жалобе представителя истца Ш. на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года.
Заслушав доклад судьи Цакировой О.В., объяснения представителя истицы Ш., поддержавшего доводы жалобы, возражения Б.В., его представителя С., третьего лица на стороне ответчика М.С.Г., ее представителя М.Б., судебная коллегия
установила:
И. обратилась в суд с указанным иском, мотивируя следующим. <..> сентября 2000 года она заключила брак с Б.Ю. После заключения брака ими был составлен брачный договор. Согласно пункту 1.3 брачного договора имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является их общей совместной собственностью. В 2003 году Б.Ю. унаследовал после смерти матери жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <.........>, <...............>, <...>. На основании брачного договора на данную недвижимость должен распространяться режим совместной собственности. Однако в декабре 2011 года ей стало известно о том, что супруг без ее согласия обманным путем совершил сделку, по договору дарения безвозмездно передал сыну Б.В. вышеуказанные дом и земельный участок. Ссылаясь на нормы Гражданского кодекса РФ, Семейного кодекса РФ просила признать недействительным указанный договор дарения земельного участка, площадью <...> кв. м и одноэтажного жилого дома, общей площадью <...> кв. м, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В., применить последствия недействительности данного договора дарения, возвратить земельный участок с жилым домом Б.Ю.
В судебном заседании представитель истца Ш. исковые требования поддержал в полном объеме.
Представитель ответчика Б.Ю. - Б.Н. исковые требования признал, просил их удовлетворить.
Представитель ответчика Б.В. - С. исковые требования не признала, заявила о пропуске срока исковой давности, просила применить последствия пропуска указанного процессуального срока.
Представитель третьего лица М.С.Г. - М.С.Б. просила в удовлетворении исковых требований отказать.
Истец И., ответчики Б.Ю. и Б.В., представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РК, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились.
Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года исковое заявление И. к Б.Ю., Б.В. о признании недействительным договора дарения земельного участка, жилого дома и применении последствий недействительности сделки оставлено без удовлетворения.
Представителем истца И. - Ш. на решение суда подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда отменить и вынести новое решение об удовлетворении иска. Указывает, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что решение суда подлежит отмене в связи с неправильным применением норм материального и процессуального права по следующим основаниям.
Судом первой инстанции установлено, что И. и Б.Ю. состоят в браке, зарегистрированном <...> сентября 2000 года.
<...> ноября 2000 года они заключили брачный договор, удостоверенный нотариусом, по условиям которого имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является общей совместной собственностью супругов.
В июне 2003 года Б.Ю. получил в порядке наследования после смерти его матери земельный участок и жилой дом, расположенные в <.........>, <.........>, <...>.
07 мая 2005 года Б.Ю. выдал доверенность своей сестре Н.Н.В., которая, действуя от имени и в интересах Б.Ю., 30 июня 2005 года по договору дарения безвозмездно передала спорное домовладение Б.В.
27 июля 2012 года Б.В. по договору купли-продажи передал спорное домовладение М.С.Г.
Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд исходил из того, что положения брачного договора, заключенного истицей и ответчиком, согласно которому имущество, полученное в порядке наследования одним из супругов в период брака будет являться их общей совместной собственностью, ставит ответчика Б.Ю. в крайне неблагоприятное положение и противоречит основным началам семейного законодательства. Кроме того, сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению их общим имуществом, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. Поскольку доказательств того, что Б.Ю. знал или заведомо должен был знать о несогласии супруги на совершение дарения унаследованного им имущества, истица не представила, то договор дарения не может быть признан недействительным по этим основаниям. Истицей не представлены суду доказательства уважительности причин пропуска срока обращения в суд.
Указанные выводы суда, как противоречащие нормам материального права, являются незаконными, а потому решение суда подлежит отмене.
Согласно п. 1 ст. 34 Семейного кодекса РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.
По ст. 40, ч. 1 ст. 42 Семейного кодекса РФ брачным договором признается соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. Брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной собственности на все имущество супругов. Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.
В соответствии с п. 3 ст. 253 ГК РФ каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.
Вместе с тем п. 4 ст. 253 ГК РФ установлено, что правила этой статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности ГК РФ или другими законами не установлено иное.
В частности, иные, то есть отличные от п. 3 ст. 253 ГК РФ, правила распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, устанавливает п. 3 ст. 35 СК РФ для сделок с недвижимостью и сделок, требующих нотариального удостоверения и (или) регистрации, если их предметом является совместная собственность супругов.
П. 3 ст. 35 СК РФ прямо указывает, что в случаях совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимым имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.
Абз. 2 п. 3 ст. 35 СК РФ предусмотрено, что супруг, чье нотариальное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.
Данной нормой закона не предусмотрена обязанность супруга, обратившегося в суд, доказывать то, что другая сторона в сделке по распоряжению недвижимостью или в сделке, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, совершенной одним из супругов без нотариального согласия другого супруга, знала или должна была знать об отсутствии такого согласия.
В исковом заявлении и при рассмотрении дела в суде истица, ее представитель в обоснование требований о признании недействительным договора дарения домовладения и применении последствий недействительности этой сделки ссылались на то, что о состоявшейся сделке она не знала, нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки в соответствии с п. 3 ст. 35 СК РФ супругу не давала. Спорное домовладение, на которое истица имела право в силу ст. ст. 34, 40, 42 СК РФ как на общее совместное имущество супругов, против воли выбыло из ее владения.
Однако суд первой инстанции при разрешении дела не применил к возникшему спору нормы п. 3 ст. 35 СК РФ, а руководствовался положениями п. 2 ст. 35 СК РФ, что нельзя признать правильным. Судом не учтено, что нормы п. 3 ст. 35 СК РФ не противоречат ГК РФ, поскольку в п. 4 ст. 253 ГК РФ говорится о возможности установления отличного от ГК РФ режима владения, пользования и распоряжения совместной собственностью. Обстоятельств, которые позволили бы суду не применять нормы п. 3 ст. 35 СК РФ, в ГК РФ и СК РФ не приводится. Следовательно, применение этих норм, с учетом характера заявленных истицей требований, является обязательным.
Исходя из изложенного, решение суда первой инстанции нельзя признать законным. Оно принято с нарушением норм материального права, что является основанием для его отмены.
Несостоятельным является довод представителя Б.В. С. о пропуске истицей срока обращения в суд. Судом первой инстанции установлено, что истица узнала о состоявшейся сделке в декабре 2011 года, в суд с настоящим иском она обратилась в июле 2012 года, то есть в пределах годичного срока, установленного законом.
В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчиками не представлено доказательств пропуска истицей указанного срока.
Апелляционная инстанция критически относится к доводу М.Б. представителя третьего лица М.С.Г. о недействительности брака И. и Б.Ю.
В силу п. 2 ст. 27 СК РФ признание брака недействительным производится судом, то есть брак признается недействительным только по решению суда, вступившему в законную силу. При рассмотрении данного спора суд исходит из действительности зарегистрированного брака сторон и действительности заключенного между ними брачного договора.
С учетом требований вышеизложенных правовых норм, при таких обстоятельствах дела заявленные исковые требования в части признания договора дарения спорного домовладения, заключенного 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В. подлежат удовлетворению.
Вместе с тем, истицей заявлены и требования о применении последствий недействительности данного договора дарения, возвратить земельный участок с жилым домом Б.Ю.
Однако судом первой инстанции установлено, что Б.В. 27 июля 2012 года по договору купли-продажи продал это домовладение М.С.Г., уплатившей за него продавцу <......> рублей. Право собственности М.С.Г. на указанную недвижимость зарегистрировано в установленном законом порядке.
По мнению суда второй инстанции, М.С.Г. является добросовестным приобретателем спорного имущества.
В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 223 ГК РФ недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации его права в ЕГРП.
Поскольку добросовестный приобретатель становится собственником недвижимого имущества с момента государственной регистрации в ЕГРП, первоначальный собственник не вправе истребовать имущество из его владения.
Следовательно, заявленные исковые требования в части возврата сторон в первоначальное состояние, не подлежат удовлетворению.
Вместе с тем, истец в дальнейшем вправе избрать по своему усмотрению иной способ защиты своих прав, предусмотренный ст. 12 ГК РФ.
Руководствуясь статьями 328 и 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Республики Калмыкия
определила:
Решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 12 октября 2012 года отменить.
Признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <.........>, <.........>, <...>, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В.
Отказать в удовлетворении требований о возврате в первоначальное положение сторон договора дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <.......>, <.......>, <...>, заключенный 30 июня 2005 года между Б.Ю. и Б.В.
Председательствующий
А.А.ПЮРВЕЕВА
Судьи
Т.А.ШОВГУРОВА
О.В.ЦАКИРОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)