Судебные решения, арбитраж
Землепользование (аренда земли); Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Москалев Ю.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего Малич В.С.,
судей Лозиной С.П. и Кубаревой Т.В.
при секретаре С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери
22 мая 2014 года
по докладу председательствующего Малич В.С.
дело по апелляционной жалобе Ц.А. и Ц.В.
на решение Лесного районного суда Тверской области
от 19 декабря 2013 года,
которым постановлено:
"В удовлетворении исковых требований И. к Ц.А. и Ц.В. об обязании устранить препятствия в пользовании земельным участком площадью <данные изъяты>, расположенного на землях поселений, с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, ликвидировать посадки овощных культур, препятствующих началу строительства пристройки к дому, не чинить препятствий ей и членам семьи И. в пользовании всеми помещениями жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, отказать.
В удовлетворении исковых требований Ц.А. <данные изъяты> к И. <данные изъяты> о признании недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома, находящихся в <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ года, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ года, зарегистрирован в Едином государственном реестре прав ДД.ММ.ГГГГ года, регистрационный номер <данные изъяты> и признании права собственности на земельный участок и жилой дом, находящихся по адресу: <адрес>, а также об обязании возвратить документы, отказать".
Судебная коллегия
установила:
И. обратилась в суд с иском к Ц.А. и Ц.В. об устранении препятствий в пользовании земельным участком и помещениями жилого дома.
В обоснование исковых требований имела место ссылка на то, что ей на праве собственности принадлежит земельный участок площадью <данные изъяты> с расположенным на нем жилым домом общей площадью <данные изъяты>, по адресу: <адрес>. Ответчики мешают началу строительства пристройки к дому, препятствуют в пользовании помещениями дома, ведут себя вызывающе. Она не может пользоваться верандой дома, так как ответчики заняли ее для своего проживания, закрывают ее на ключ. Она и ответчики проживают разными семьями, бюджеты раздельные, порядок пользования жилым домом ранее не определялся. Ответчики сменили замки на входных дверях дома и препятствуют в доступе в жилой дом. Просила суд устранить препятствия в пользовании земельным участком площадью <данные изъяты>, расположенного на землях поселений, с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, ликвидировать посадки овощных культур, препятствующих началу строительства пристройки к дому, не чинить препятствий ей и членам ее семьи в пользовании всеми помещениями жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.
Ц.А. обратился в суд иском к И. о признании договора дарения земельного участка и жилого дома недействительным, признании свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом и признании права собственности на земельный участок и жилой дом.
В обоснование исковых требований ссылался на то, что в спорном доме он проживает со своей женой Ц.В. и дочерью И. До заключения договора дарения на земельный участок и жилой дом дочь относилась к нему хорошо, после заключения сделки отношение резко поменялось. В настоящее время они с женой вынуждены жить на веранде, где нет надлежащих условий. Ответчик постоянно угрожает убить либо избить его. В июне 2013 года И. без причины избила его жену, причинив ей телесные повреждения. Кроме того, она выставила на продажу спорный жилой дом. Этот дом достался ему в наследство от матери, он перевез его их д. Бор-Пруды в с. Лесное и заново восстановил. Дом представляет для него большую семейную и имущественную ценность, как память и подарок от матери. При заключении договора дарения он заблуждался относительно природы сделки, данное заблуждение имело существенное значение для формирования его воли, поскольку на тот период он был на пенсии, ему было <данные изъяты> лет, имел диагноз - <данные изъяты>, плохо видел и не обладал грамотностью в юридических вопросах. Он не мог достаточно полно понимать значимость подписанного договора дарения. Полагал, что в момент заключения сделки находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Намерения дарить земельный участок и жилой дом не имел. Просил признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома, находящихся в <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ года, признать недействительным свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ года, признать за ним право собственности на спорные земельный участок и жилой дом.
И. и ее представитель З. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. В возражениях на исковое заявление И. просила отказать Ц.А. в удовлетворении исковых требований в связи с истечением срока исковой давности.
Ответчик Ц.А. и его представитель адвокат Бодур А.Д. в судебном заседании поддержали исковые требования, против исковых требований И. возражали. Также просили обязать И. возвратить документы на транспортное средство, полагали, что срок исковой давности не пропущен, поскольку о том, что составлен договор дарения, а не завещание, Ц.А. узнал только в августе 2012 года.
Ответчик Ц.В. в судебном заседании возражала против удовлетворения требований И., поддержала требования Ц.А.
Представитель третьего лица Максатихинского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Ц.А. и Ц.В. просят отменить решение суда, постановить новое решение об удовлетворении исковых требований Ц.А.
В жалобе указывают, при заключении договора дарения не было получено согласия супруги Ц.В. Он действовал под влиянием заблуждения относительно природы договора, рассчитывал на другой результат, хотел, чтобы впоследствии имущество перешло дочери и сыну в порядке наследования, намерения дарить дом у него не было. Он страдал хроническими заболеваниями, в результате чего не мог понимать значение своих действий. Суд неправильно истолковал показания свидетеля ФИО9 относительно обстоятельств подписания договора дарения. О нарушении своих прав узнал в августе 2012 года, когда дочь стала угрожать выселением и продажей имущества. Также ссылается на необоснованное затягивание рассмотрения дела.
В остальной части решение не обжалуется.
Истец И. решение суда не обжалует.
В силу ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным проверить законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
И., представитель Управления Росреестра по Тверской области в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне и времени рассмотрения жалобы извещены, в связи с чем, обусловленные положениями ст. 167, 327 ГПК РФ препятствия для рассмотрения дела в апелляционной инстанции, отсутствуют.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения Ц.В., Ц.А. и их представителя адвоката Бодура А.Д., поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного решения суда.
Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Статья 166 ГК РФ предусматривает, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
При этом, по смыслу указанной нормы, заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.
Перечень случаев, имеющих существенное значение, приведенный в данной норме права, является исчерпывающим.
Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.
Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ Ц.А. заключил договор дарения с К. (в настоящее время И.) земельного участка площадью <данные изъяты> кв. м и жилого дома общей площадью <данные изъяты> кв. м, расположенного по адресу: <адрес>. По условиям договора Ц.А. подарил указанный земельный участок с жилым домом своей дочери. Договор и право собственности И. зарегистрирован в ЕГРП 11.02.2009.
Обращаясь в суд со встречным иском о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, Ц.А. ссылался на то, что при заключении договора дарения он был введен в заблуждение относительно природы сделки. В этот период страдал рядом заболеваний, злоупотреблял спиртными напитками, в силу чего не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции в соответствии с установленными по делу обстоятельствами, исходил из того, что истец пропустил срок на обращение в суд, кроме того, доказательств заключения договора дарения под влиянием заблуждения не представлено.
При рассмотрении гражданского дела в суде апелляционной инстанции Ц.А. и его представителем Бодуром А.Д. было заявлено ходатайство о проведении судебно-психиатрической экспертизы в отношении периода времени, относящегося к заключению оспариваемого договора дарения, поскольку в суде первой инстанции соответствующее ходатайство заявлялось, но осталось без разрешения.
По заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ N Ц.А. на момент заключения ДД.ММ.ГГГГ договора дарения земельного участка и жилого дома, а также в период с момента заключения оспариваемой сделки до момента обращения с иском в суд (ДД.ММ.ГГГГ) и в настоящее время обнаруживает признаки органического <данные изъяты>). Однако вышеуказанные расстройства не сопровождаются выраженным интеллектуально-мнистическим снижением, продуктивной психопатологической симптоматикой, в том числе галлюцинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, цинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, болезненными расстройствами мышления. При наличии определенных изменений психики и трудностей приспособления полного нарушения адаптации не отмечалось. В интересующий суд период и в настоящее время Ц.А. мог и может понимать значение своих действий и руководить ими.
Выводы экспертов находят исчерпывающим образом мотивированное обоснование в исследовательской части заключения. Суждения экспертов основаны на исследовании представленной медицинской документации, а также материалах гражданского дела.
Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Имеющиеся сведения о квалификации экспертов, специальности и стаже их работы не позволяют сомневаться в их компетентности.
Изложенное служит основанием считать, что исследования проведены объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.
При таких обстоятельствах не доверять выводам экспертов у суда оснований не имеется.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была допрошена в качестве свидетеля ФИО11, работавшая в 2009 году в Максатихинском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области пояснила, что как правило, она давала прочитать договор, говорила об условиях и предмете договора. После поступления через месяц документов она выдала документы И. и Ц.А., каждому свой пакет, в дееспособности Ц.А. не сомневалась.
Иных доказательств, объективно свидетельствующих о том, что в период заключения оспариваемого договора дарения Ц.А. не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, истец (ответчик) не представил, в связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных Ц.А. требований.
Также судебная коллегия, в том числе и с учетом выводов экспертов, полагает правильным вывод суда первой инстанции о пропуске истцом (ответчиком) срока исковой давности для обращения в суд с заявленными требованиями.
Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании недействительной оспоримой сделки составляет один год, по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки - три года.
Установлено, что договор дарения спорного имущества и право собственности И. зарегистрированы Максатихинском отделении Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области ДД.ММ.ГГГГ. О заключении договора, как следует из объяснений Ц.А., он знал. Заблуждение относительно его природы на течении срока исковой давности сказаться не может. Изменение отношения к нему со стороны дочери также не может служить основанием для иного, чем предусмотрено законом, исчисления давностного срока. Иск Ц.А. предъявлен 23.05.2013, то есть более, чем через три года после совершения оспариваемого договора.
При таких обстоятельствах, суд обоснованно применил нормы ст. 199, 200 ГК РФ и признал, что срок исковой давности пропущен без уважительных причин. Оснований для восстановления пропущенного срока истец суду не представил.
Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут послужить поводом к отмене состоявшегося решения.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Лесного районного суда Тверской области от 19 декабря 2013 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Ц.В. и Ц.А. - без удовлетворения.
Председательствующий
В.С.МАЛИЧ
Судьи
областного суда
С.П.ЛОЗИНА
Т.В.КУБАРЕВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТВЕРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 22.05.2014 N 33-845
Разделы:Землепользование (аренда земли); Сделки с землей
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 мая 2014 г. N 33-845
Судья Москалев Ю.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе председательствующего Малич В.С.,
судей Лозиной С.П. и Кубаревой Т.В.
при секретаре С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери
22 мая 2014 года
по докладу председательствующего Малич В.С.
дело по апелляционной жалобе Ц.А. и Ц.В.
на решение Лесного районного суда Тверской области
от 19 декабря 2013 года,
которым постановлено:
"В удовлетворении исковых требований И. к Ц.А. и Ц.В. об обязании устранить препятствия в пользовании земельным участком площадью <данные изъяты>, расположенного на землях поселений, с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, ликвидировать посадки овощных культур, препятствующих началу строительства пристройки к дому, не чинить препятствий ей и членам семьи И. в пользовании всеми помещениями жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, отказать.
В удовлетворении исковых требований Ц.А. <данные изъяты> к И. <данные изъяты> о признании недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома, находящихся в <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ года, признании недействительным свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ года, зарегистрирован в Едином государственном реестре прав ДД.ММ.ГГГГ года, регистрационный номер <данные изъяты> и признании права собственности на земельный участок и жилой дом, находящихся по адресу: <адрес>, а также об обязании возвратить документы, отказать".
Судебная коллегия
установила:
И. обратилась в суд с иском к Ц.А. и Ц.В. об устранении препятствий в пользовании земельным участком и помещениями жилого дома.
В обоснование исковых требований имела место ссылка на то, что ей на праве собственности принадлежит земельный участок площадью <данные изъяты> с расположенным на нем жилым домом общей площадью <данные изъяты>, по адресу: <адрес>. Ответчики мешают началу строительства пристройки к дому, препятствуют в пользовании помещениями дома, ведут себя вызывающе. Она не может пользоваться верандой дома, так как ответчики заняли ее для своего проживания, закрывают ее на ключ. Она и ответчики проживают разными семьями, бюджеты раздельные, порядок пользования жилым домом ранее не определялся. Ответчики сменили замки на входных дверях дома и препятствуют в доступе в жилой дом. Просила суд устранить препятствия в пользовании земельным участком площадью <данные изъяты>, расположенного на землях поселений, с кадастровым номером <данные изъяты>, находящегося по адресу: <адрес>, ликвидировать посадки овощных культур, препятствующих началу строительства пристройки к дому, не чинить препятствий ей и членам ее семьи в пользовании всеми помещениями жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.
Ц.А. обратился в суд иском к И. о признании договора дарения земельного участка и жилого дома недействительным, признании свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом и признании права собственности на земельный участок и жилой дом.
В обоснование исковых требований ссылался на то, что в спорном доме он проживает со своей женой Ц.В. и дочерью И. До заключения договора дарения на земельный участок и жилой дом дочь относилась к нему хорошо, после заключения сделки отношение резко поменялось. В настоящее время они с женой вынуждены жить на веранде, где нет надлежащих условий. Ответчик постоянно угрожает убить либо избить его. В июне 2013 года И. без причины избила его жену, причинив ей телесные повреждения. Кроме того, она выставила на продажу спорный жилой дом. Этот дом достался ему в наследство от матери, он перевез его их д. Бор-Пруды в с. Лесное и заново восстановил. Дом представляет для него большую семейную и имущественную ценность, как память и подарок от матери. При заключении договора дарения он заблуждался относительно природы сделки, данное заблуждение имело существенное значение для формирования его воли, поскольку на тот период он был на пенсии, ему было <данные изъяты> лет, имел диагноз - <данные изъяты>, плохо видел и не обладал грамотностью в юридических вопросах. Он не мог достаточно полно понимать значимость подписанного договора дарения. Полагал, что в момент заключения сделки находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Намерения дарить земельный участок и жилой дом не имел. Просил признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома, находящихся в <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ года, признать недействительным свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок и жилой дом от ДД.ММ.ГГГГ года, признать за ним право собственности на спорные земельный участок и жилой дом.
И. и ее представитель З. в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела были извещены надлежащим образом. В возражениях на исковое заявление И. просила отказать Ц.А. в удовлетворении исковых требований в связи с истечением срока исковой давности.
Ответчик Ц.А. и его представитель адвокат Бодур А.Д. в судебном заседании поддержали исковые требования, против исковых требований И. возражали. Также просили обязать И. возвратить документы на транспортное средство, полагали, что срок исковой давности не пропущен, поскольку о том, что составлен договор дарения, а не завещание, Ц.А. узнал только в августе 2012 года.
Ответчик Ц.В. в судебном заседании возражала против удовлетворения требований И., поддержала требования Ц.А.
Представитель третьего лица Максатихинского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе Ц.А. и Ц.В. просят отменить решение суда, постановить новое решение об удовлетворении исковых требований Ц.А.
В жалобе указывают, при заключении договора дарения не было получено согласия супруги Ц.В. Он действовал под влиянием заблуждения относительно природы договора, рассчитывал на другой результат, хотел, чтобы впоследствии имущество перешло дочери и сыну в порядке наследования, намерения дарить дом у него не было. Он страдал хроническими заболеваниями, в результате чего не мог понимать значение своих действий. Суд неправильно истолковал показания свидетеля ФИО9 относительно обстоятельств подписания договора дарения. О нарушении своих прав узнал в августе 2012 года, когда дочь стала угрожать выселением и продажей имущества. Также ссылается на необоснованное затягивание рассмотрения дела.
В остальной части решение не обжалуется.
Истец И. решение суда не обжалует.
В силу ст. 327.1 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным проверить законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе.
И., представитель Управления Росреестра по Тверской области в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о дне и времени рассмотрения жалобы извещены, в связи с чем, обусловленные положениями ст. 167, 327 ГПК РФ препятствия для рассмотрения дела в апелляционной инстанции, отсутствуют.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения Ц.В., Ц.А. и их представителя адвоката Бодура А.Д., поддержавших доводы жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного решения суда.
Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Статья 166 ГК РФ предусматривает, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.
В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
При этом, по смыслу указанной нормы, заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным.
Перечень случаев, имеющих существенное значение, приведенный в данной норме права, является исчерпывающим.
Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.
Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ Ц.А. заключил договор дарения с К. (в настоящее время И.) земельного участка площадью <данные изъяты> кв. м и жилого дома общей площадью <данные изъяты> кв. м, расположенного по адресу: <адрес>. По условиям договора Ц.А. подарил указанный земельный участок с жилым домом своей дочери. Договор и право собственности И. зарегистрирован в ЕГРП 11.02.2009.
Обращаясь в суд со встречным иском о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, Ц.А. ссылался на то, что при заключении договора дарения он был введен в заблуждение относительно природы сделки. В этот период страдал рядом заболеваний, злоупотреблял спиртными напитками, в силу чего не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанции в соответствии с установленными по делу обстоятельствами, исходил из того, что истец пропустил срок на обращение в суд, кроме того, доказательств заключения договора дарения под влиянием заблуждения не представлено.
При рассмотрении гражданского дела в суде апелляционной инстанции Ц.А. и его представителем Бодуром А.Д. было заявлено ходатайство о проведении судебно-психиатрической экспертизы в отношении периода времени, относящегося к заключению оспариваемого договора дарения, поскольку в суде первой инстанции соответствующее ходатайство заявлялось, но осталось без разрешения.
По заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ N Ц.А. на момент заключения ДД.ММ.ГГГГ договора дарения земельного участка и жилого дома, а также в период с момента заключения оспариваемой сделки до момента обращения с иском в суд (ДД.ММ.ГГГГ) и в настоящее время обнаруживает признаки органического <данные изъяты>). Однако вышеуказанные расстройства не сопровождаются выраженным интеллектуально-мнистическим снижением, продуктивной психопатологической симптоматикой, в том числе галлюцинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, цинаторно-бредовой, выраженным снижением критических способностей, болезненными расстройствами мышления. При наличии определенных изменений психики и трудностей приспособления полного нарушения адаптации не отмечалось. В интересующий суд период и в настоящее время Ц.А. мог и может понимать значение своих действий и руководить ими.
Выводы экспертов находят исчерпывающим образом мотивированное обоснование в исследовательской части заключения. Суждения экспертов основаны на исследовании представленной медицинской документации, а также материалах гражданского дела.
Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Имеющиеся сведения о квалификации экспертов, специальности и стаже их работы не позволяют сомневаться в их компетентности.
Изложенное служит основанием считать, что исследования проведены объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.
При таких обстоятельствах не доверять выводам экспертов у суда оснований не имеется.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была допрошена в качестве свидетеля ФИО11, работавшая в 2009 году в Максатихинском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области пояснила, что как правило, она давала прочитать договор, говорила об условиях и предмете договора. После поступления через месяц документов она выдала документы И. и Ц.А., каждому свой пакет, в дееспособности Ц.А. не сомневалась.
Иных доказательств, объективно свидетельствующих о том, что в период заключения оспариваемого договора дарения Ц.А. не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, истец (ответчик) не представил, в связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных Ц.А. требований.
Также судебная коллегия, в том числе и с учетом выводов экспертов, полагает правильным вывод суда первой инстанции о пропуске истцом (ответчиком) срока исковой давности для обращения в суд с заявленными требованиями.
Согласно п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании недействительной оспоримой сделки составляет один год, по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки - три года.
Установлено, что договор дарения спорного имущества и право собственности И. зарегистрированы Максатихинском отделении Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Тверской области ДД.ММ.ГГГГ. О заключении договора, как следует из объяснений Ц.А., он знал. Заблуждение относительно его природы на течении срока исковой давности сказаться не может. Изменение отношения к нему со стороны дочери также не может служить основанием для иного, чем предусмотрено законом, исчисления давностного срока. Иск Ц.А. предъявлен 23.05.2013, то есть более, чем через три года после совершения оспариваемого договора.
При таких обстоятельствах, суд обоснованно применил нормы ст. 199, 200 ГК РФ и признал, что срок исковой давности пропущен без уважительных причин. Оснований для восстановления пропущенного срока истец суду не представил.
Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не могут послужить поводом к отмене состоявшегося решения.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Лесного районного суда Тверской области от 19 декабря 2013 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Ц.В. и Ц.А. - без удовлетворения.
Председательствующий
В.С.МАЛИЧ
Судьи
областного суда
С.П.ЛОЗИНА
Т.В.КУБАРЕВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "ZLAW.RU | Земельное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)